-- Не знаю.
Увидѣвъ передъ собою широко раскрытую дверь, Текла быстро вышла на улицу. Она не знала, что ей предпринять теперь. Нельзя было расчитывать найти мѣсто, гдѣ бы ее согласились держать съ ребенкомъ.
Глава XVIII.
Дора прогостила у мисстриссъ Говардъ цѣлую недѣлю вмѣстѣ съ мисстриссъ Вандемеръ и Дикомъ. Домъ былъ полонъ молодежи, но Дора скучала и дни тянулись для нея томительно скучно. Дика она почти не видѣла; онъ усиленно ухаживалъ за миссъ Джеральдиной Блокъ Уильсонъ, единственной наслѣдницей четырехъ милліоннаго состоянія, и совершенно позабылъ о существованіи Доры. Мисстриссъ Говардъ еще больше подзадоривала его, доказывая ему всю нелѣпость брака съ Дорой и выгоды, связанныя съ женитьбой на хорошенькой бойкой Джеральдинѣ. Дикъ сперва было возмутился такимъ совѣтомъ, во вскорѣ подпалъ подъ чары богатой наслѣдницы. Впослѣдствіи Дора никакъ не могла понять, что такое случилось у Говардовъ что сразу измѣнило отношеніе Дика къ ней. Она отлично понимала одно, что чуть было не утратила на всегда любовь Дика. Она ничуть не ревновала его къ Джеральдинѣ; Дора принадлежала къ числу тѣхъ немногихъ женщинъ, которымъ чувство ревности совершенно недоступно и непонятно. Она страдала, видя, что она утратила всякій интересъ въ глазахъ Дика. Дора сильно осунулась и поблѣднѣла за эту недѣлю. Мисстриссъ Вандемеръ рѣшила, что она больна и настаивала, чтобы Дора легла въ постель. Та отказалась на отрѣзъ. Она проводила цѣлые дни на крыльцѣ, прислушиваясь къ долетавшимъ до нея изъ сада веселымъ молодымъ голосамъ. Насталъ послѣдній вечеръ ихъ пребыванія у Говардовъ. Джеральдина отправилась гулять съ Гарри, однимъ изъ своихъ поклонниковъ, измѣнивъ своему обычному кавалеру Ричарду. Вернувшись домой, она объявила, что выходитъ замужъ за Гарри. Ричардъ сидѣлъ на ступенькахъ въ мрачномъ настроеніи. Выслушавъ сообщеніе Джеральдины, онъ молча поднялся и спустился въ садъ. Объявленіе о помолвкѣ не произвело особаго впечатлѣнія на Дору: всѣ ее мысли были сосредоточены на Ричардѣ и она искренно безпокоилась за него.
На обратномъ пути въ Нью-Іоркъ Дикъ усѣлся рядомъ съ Дорою, и она робко протянула ему свою руку, онъ крѣпко сжалъ ее и удержалъ ее въ своей. Самолюбіе его было глубоко уязвлено измѣною Джеральдины. Въ сущности она совсѣмъ не нравилась ему, онъ находилъ ее слишкомъ самостоятельной и прозаичной. Но она раздражала его, привлекала его своею поразительною уравновѣшенностью, умомъ, оригинальностью и красотою. Онъ привыкъ легко покорять женщинъ и не могъ допустить, чтобы Джеральдина устояла противъ него, но лично къ ней онъ былъ вполнѣ равнодушенъ и даже не желалъ обладать ею. Теперь ему было совѣстно на себя и онъ приходилъ въ бѣшенство при одной мысли, что она такъ легко обошла его.
Ричардъ былъ заурядный, средній юноша, со всѣми качествами и недостатками, присущими современной молодежи. Новое хорошенькое лицо быстро привлекло къ себѣ все его вниманіе и, весь отдавшись охватившему его увлеченію, онъ почти что и не вспоминалъ о Дорѣ. Но вотъ имъ пренебрегли, оскорбили его самолюбіе и онъ съ радостью и благодарностью принялъ изъявленіе неизмѣнной любви и преданности его друга дѣтства.
Страсть его къ Дорѣ разгоралась все сильнѣе и сильнѣе съ каждымъ днемъ. Она вскорѣ замѣтила, что его уже не удовлетворяютъ ея увѣренія въ любви, что ему мало быть съ нею, обмѣняться съ нею нѣжнымъ взглядомъ. Его волненіе и раздражительность въ присутствіе третьихъ лицъ, его все возрастающая потребность въ ея ласкахъ и желаніе ласкать ее казалось ей страннымъ и непонятнымъ. Но она съ радостью шла на встрѣчу его желаніямъ и въ упоеніи страсти забывала всѣ свои недавнія тревоги.
Ричардъ прожилъ дома мѣсяцъ, а затѣмъ отецъ отправилъ его въ Пенсильванію на нефтяные промысла для ознакомленія на практикѣ съ этимъ дѣломъ, которое со временемъ должно было всецѣло перейти въ его руки. На каникулы онъ вернулся домой и вскорѣ опять уѣхалъ съ агентомъ отца и цѣлымъ штатомъ помощниковъ, которые должны были заняться на мѣстѣ разработкой проекта проведенія желѣзной дороги. Ричарду не было времени скучать, но все же онъ предпочелъ бы попутешествовать по Испаніи или Швейцаріи, какъ въ прошломъ году. Агентъ былъ человѣкъ энергичный и обойти его было не легко. Волей неволей Ричарду пришлось серьезно взяться за работу. Онъ жилъ окруженный дѣловою сутолкою и страшно уставалъ отъ непривычной, напряженной работы. На него наводили уныніе эти безконечныя, необозримыя равнины. Его все сильнѣе и сильнѣе тянуло назадъ въ Нью-Іоркъ. Здѣсь вовсе не было женскаго общества, и Дора казалась ему теперь вдвое милѣе и дороже. Онъ часто съ грустью мечталъ о свиданіи съ нею. Онъ впервые испытывалъ тоску пo родинѣ; въ прежніе его отлучки онъ уѣзжалъ по доброй волѣ и жилъ такъ, гдѣ ему приходила фантазія.
Онъ писалъ теперь Дорѣ, какъ безумно влюбленный человѣкъ. Писалъ онъ, правда, съ большими перерывами, когда тоска особенно сильно одолѣвала его. Бывало, попавъ на уединенную ферму среди преріи или въ только что возникшую деревню, въ которой не было еще ни единаго дерева и ни одной женщины, онъ съ отчаянія садился писать и посылалъ Дорѣ три или четыре письма заразъ. Дора хранила всѣ его письма какъ драгоцѣнности и радовалась, получая отъ него такія нѣжныя строки. Два или три раза въ недѣлю къ ней заходила Лу и Дора каждый разъ читала ей выдержки изъ писемъ Дика.
За послѣднее время Лу стало все чаще казаться, что разрывъ ея отношеній съ Эдомъ неизбѣженъ. Во первыхъ, онъ быть всецѣло теперь увлеченъ своимъ новымъ знакомымъ. мистеромъ Уиллеромъ и его планами. Онъ почти ни о чемъ другомъ и не говорилъ. Онъ за зиму нѣсколько разъ съѣздилъ въ Альбани, надо было сдѣлать докладъ о постройкѣ больницы для чахоточныхъ, ходатайствоватъ о расширеніи поля дѣятельности Государственной благотворительной коммиссіи и представить проэктъ улучшенія жилищъ.