Очутившись возлѣ кровати дочери, онъ по лицу ея тотчасъ же понялъ, какъ серьезно ея положеніе. Румяныя когда-то щечки стали восковыми, онъ еще ни разу не видѣлъ ее такой за всѣ свои посѣщенія.
-- Она спитъ?-- машинально спросилъ онъ.
Дежурная сестра покачала головою.
-- Она безъ сознанія, -- отвѣтила она шепотомъ.
Онъ взглянулъ на нѣжное лицо дочери и оно тронуло его. Онъ устало сложилъ руки и сѣлъ, надѣясь, что она все же придетъ еще въ себя.
Вскорѣ затѣмъ пріѣхала Лу. Она вошла въ комнату, прошла мимо судьи и взволновано заглянула въ лицо больной. Затѣмъ она молча сѣла. Судья не обратилъ ни малѣйшаго вниманія на ея появленіе и сидѣлъ мрачнѣе ночи, поглощенный своими безотрадными мыслями.
А часы все шли и шли. Судья и Лу все еще дежурили возлѣ Доры, когда она открыла глаза. Она была въ полной памяти и ясно все видѣла. Ей, видимо, хотѣлось что-то сказать. Лу опустилась на колѣни возлѣ ея кровати.
Дора хотѣла сдѣлать движеніе, но у нея не хватило силъ. Она съ трудомъ приподняла одну руку и тотчасъ же опустила ее.
-- Лу, -- прошептала она, -- не дай имъ отнять его у меня.
-- Ни за что, -- прошептала въ отвѣтъ Лу.-- Не безпокойся.