-- Что мы получимъ?-- воскликнулъ Саундерсъ:-- да мы всѣ полетимъ къ чорту! Мы потеряемъ почти всѣ наши фонтаны, мы не въ состояніи использовать ихъ и согласно условію они должны быть отобраны отъ насъ. Нефтяные промысла -- слишкомъ дорого стоящая роскошь, по нынѣшнимъ временамъ. Ихъ оцѣнятъ какъ разъ въ половину нашихъ долговыхъ обязательствъ. Мы можемъ продержаться еще день, другой, въ надеждѣ, что наши конкурренты купятъ наше дѣло.
-- Отчего бы вамъ не предложить имъ такую сдѣлку?
-- Рисковано и предлагать то, -- отвѣтилъ тотъ. -- Они, конечно, сперва посмѣются надъ нашимъ предложеніемъ, затѣмъ сбавятъ цѣну, и мы принуждены будемъ согласиться на всѣ ихъ условія.
-- Итакъ, мы ничего не получимъ?
-- Я же вамъ только что сказалъ это.
-- Если вы ничего болѣе не имѣете сообщить мнѣ, мистеръ Саундерсъ, то попрошу извинить меня, я очень занятъ. Мнѣ надо серьезно заняться приведеніемъ въ порядокъ моихъ личныхъ дѣлъ.
-- Итакъ, все кончено, -- съ горечью произнесъ Саундерсъ.-- Но, поймите же, ради Бога, Сторрсъ, вѣдь я совсѣмъ разоренъ!
-- Будьте такъ любезны уйти и оставить меня одного, мистеръ Саундерсъ Вы, кажется, забыли, что жалуетесь на свою судьбу человѣку, который довѣрилъ вамъ все, что онъ имѣлъ и который, благодаря вамъ, все потерялъ. Прощайте.
Оставшись одинъ, мистеръ Сторрсъ выдвинулъ верхній ящикъ своей конторки, вынулъ изъ него револьверъ, который всегда лежалъ тамъ, на всякій случай, и отложилъ его въ сторону. Затѣмъ онъ вынулъ изъ ящика всѣ письма и документы, быстро перелисталъ ихъ, сжигая тѣ, которые онъ не хотѣлъ сдѣлать достояніемъ гласности. Всѣ остальные онъ положилъ обратно въ ящикъ и взялъ въ руки револьверъ, намѣреваясь водворить его на прежнее мѣсто. Блескъ никеля обратилъ на себя его вниманіе, и онъ, задумавшись, смотрѣлъ нѣсколько минутъ на револьверъ. Затѣмъ онъ выронилъ его изъ рукъ, револьверъ упалъ на бумаги и онъ медленно задвинулъ ящикъ. Онъ стоялъ передъ конторкой, засунувъ руки въ карманы, ни на что не глядя. Губы его двигались еле замѣтно, тихо произнося одно лишь слово: "разоренъ". Секретарь принесъ ему бумаги для подписи. Онъ машинально взялъ ихъ, прочелъ, не вникая съ смыслъ, и стоя подписалъ.-- Я нищій, -- твердилъ онъ про себя, почти вслухъ. Онъ испуганно оглянулся, боясь, что дѣйствительно говоритъ вслухъ и что кто-нибудь могъ его подслушать. Мысли его прояснились, онъ впервые отдалъ себѣ отчетъ въ положеніи вещей, понялъ, что онъ отвѣтствененъ передъ другими. Онъ зналъ, что банкъ долженъ лопнуть. Если ему дадутъ немного времени, онъ вернетъ всѣ взятыя имъ облигаціи. -- Не взяты, а украдены, -- поправилъ его внутренній голосъ. -- Я ничего не кралъ, -- рѣзко отвѣтилъ онъ, поворачивая голову и свирѣпо глядя на своего мнимаго обвинителя. -- Нѣтъ, ты укралъ, -- настаивалъ на своемъ голосъ. -- Все будетъ улажено, если только я успѣю вернутъ ихъ на прежнее мѣсто. -- А какъ же бытъ съ векселями Саундерса?
Глаза его стали непроницаемы. Онъ крѣпко сжалъ губы. Онъ не хотѣлъ выдавать себя.