-- Я ничего не знаю,-- сказал Филипп,-- пока советую сделать хоть это.
Вернувшись домой, Филипп, к своему великому удивлению, не нашел Пьера, который явился только на другое утро.
-- Где ты был всю ночь? -- спросил сурово Филипп,-- Кажется, теперь не время для удовольствий.
-- Я уходил из города, сударь,-- сказал Пьер.
-- Зачем?
-- Я слышал, сударь, как граф де Лаваль рассказывал о покушении на жизнь адмирала. Мне кажется, это подтверждает все то, что я вам говорил. Вы ушли, а я не успел переговорить с вами и осмелился действовать на свой страх.
-- Что же ты сделал?
-- Я вывел двух лошадей в деревню в двух милях отсюда и оставил их в конюшне при гостинице, обещав конюху крону, если он побережет коней. Возвращаясь, я нашел ворота Парижа запертыми. Тогда я купил в Сен-Дени длинную веревку и железный крюк и в два часа ночи, когда, по моим соображениям, часовые спали, взобрался на один из бастионов около лачужки, о которой я вам говорил, ночевал в ней, а утром пошел домой. Вот и все. В случае чего, лошади за городом нам пригодятся.
-- Все это хорошо, Пьер. Но здесь никто не верит в опасность и мне стыдно, что я один тревожусь.
-- Умный человек тревожится, когда глупые спят,-- сказал Пьер.-- Если бы принц Конде тревожился ночью при Жарнаке, он не лишился бы жизни, а мы не проиграли бы сражения. Я ведь ничего худого не сделал. Но если появится опасность, то мы будем готовы к ней.