-- Еще не так темно, чтобы не видеть: это белый крестик, нарисованный каким-нибудь шалуном.
-- Не угодно ли вам пройти немного дальше, сударь? На этой двери есть крест, на той нет, на следующей тоже нет, здесь опять крест, а там опять нет. Что, сударь, это не возбуждает в вас любопытства?
-- Не знаю, Пьер. Верно, шалуны-мальчишки, проходя мимо, нарисовали эти кресты на одних дверях и пропускали другие.
-- Так, сударь, но вот что любопытно. Я проходил по нескольким улицам и везде видел то же самое: на каждом доме, где живет гугенот, есть на двери белый крест; где нет их, нет и креста.
Филипп был поражен этим открытием и сумрачным видом, с которым говорил Пьер.
-- Ты уверен в том, что говоришь? -- спросил он.
-- Совершенно уверен, сударь.
Филипп прошелся по улице и убедился, что Пьер говорил правду. Возвращаясь домой, он стер крест на дверях графа де Валькура, а на своих дверях оставил, но шедший за ним Пьер незаметно стер его рукавом.
Филипп сел и задумался.
-- Мне не нравятся эти знаки, Пьер,-- сказал он.-- Я не могу отрицать, что они поставлены с определенным намерением, которого я не знаю. Что ты об этом думаешь?