В богатых кварталах господа не знали, что говорят рабочие и боялись нападения. Вообще они боялись всего -- ведь их совесть была нечиста и ожидала возмездия. Поэтому господа глухо волновались. Волнение передавалось даже королевскому дворцу Король не хотел беспокоиться, думать о болезнях и нищете. Так же, как и все богачи, даже еще больше, он не любил бедный люд, и приказал усилить строгую охрану дворца, чтобы ни один оборванец не мог проникнуть за вызолоченную решетку.
Цветы почувствовали беспокойство.
Перед зарей, когда стража засыпала, к решетке прокрадывались жалкие человеческие фигуры, прижимались бледными лицами к золоченым брусьям и жадно оглядывали сад.
Если бы вы знали! Если бы вы знали! -- загадочно пел цветам ветер и улетал, ничего не объяснив.
Измученные, странные глаза оглядывали сад из-за брусьев и бескровные губы шептали: "Тут нет никого. Кто сумеет рассказать королю? Здесь только цветы, а цветы говорить не умеют. Цветы не понимают ничего."
-- В чем дело? О чем они говорят? -- вздрагивали и качались цветы, поворачивая к решетке пышные дурманные головки.
Вы бледная немочь, -- свистел ветер и с горьким смехом вздымал высокие опавшие драгоценные жемчужные лепестки. -- Если б среди вас был один, помеченный алым знаком пламенного сердца, он бы понял и мои намеки, и слова нищеты за решеткой. Но среди вас нет ни одного, окрашенного цветом возмущения. Вы не поймете меня. Поэтому я лечу, лечу.
И ветер уносился.
По утрам часто в сад спускались король и королева и гуляли рука об руку по цветущим дорожкам. Цветы жадно заглядывали в важное лицо короля и в прекрасное, еще молодое лицо королевы. Но ни тот, ни другая не давали цветам никакого ответа.
Однако, один случай вскоре объяснил цветам все. Однажды до зари к решетке парка прокрались оборванные люди. Молодой человек, юноша, почти мальчик, сунул за пазуху какую-то бумагу. Люди сказали: