— И светло!
— Очень вышел хороший уголок, — сказал Карасев, обтирая с рук присохший клейстер.
Сперва всем очень понравилось. А потом Шурка скажи:
— Нет, нехорош уголок. Вот я видел в клубе ГПУ, — там на полочке гипсовая головка — по грудям как раз, и не то чтоб маленькая, а как будто живая. А без бюста у нас и не уголок вовсе.
— Хорошо, как у ГПУ деньги есть. А как у нас нет, — сердито сказал Ерзунов. — Бюст, небось, рублей пять стоит, — окуснешься!
— Да, не меньше.
— Катерина Степановна ни за что пять рублей не даст.
— А я говорю — даст!
— Не может она дать, — вмешалась Фроська. — У нас на переезд все деньги ушли, осталось только на питание.
— Ну, что ж, можно с питания снять.