-- Уж поскакал! -- с досадой сказал Гарпер, пришпоривая своего коня. -- Вот неугомонный мальчишка! А я изволь теперь догонять его!
Хозяева молча стояли в дверях некоторое время, удивленные неожиданным отъездом гостей.
-- Что за странные люди, и дядя и племянник! -- сказала наконец миссис Робертс. -- Неужели не лучше было остаться у нас переночевать, чем ночью скакать сломя голову, неизвестно зачем?
-- Ну, ну, не ворчи, а лучше угости-ка меня свежим кофе, а то мой совсем остыл из-за их скоропалительного отъезда. А все-таки молодец Билл, как он ловко отделал Гитзкота, просто любо.
-- А вы не думаете, папа, что Гитзкот станет мстить ему за это? -- тревожно спросила Мэриан, втайне страдая от сознания грозившей Брауну опасности.
-- Не думаю, -- ответил фермер, -- да и Браун не такой человек, чтобы бояться мести регулятора. Однако, -- добавил он, позевывая, -- прочтем-ка вечернюю молитву, да и на покой!
Долго и горячо молилась в тот вечер молодая девушка, и когда наконец заснула в своей комнате, усталая после пережитых волнений, увидела во сне своего любимого.
Глава VI. Медвежья охота
Утро следующего дня было великолепно. Косые лучи солнца пока еще с трудом пробивались сквозь чащу деревьев. Население полей и лесов мало-помалу начинало пробуждаться, издавая тысячи разнообразных звуков, приветствующих пробуждение природы. Птички, покачиваясь на ветвях деревьев и паря в утреннем прозрачном, подернутом легкой дымкой, точно дрожащем воздухе, на разные голоса заливались в поднебесье. Петух, на дворе стоявшей в глуши леса фермы, громко призывал своих подруг задорным криком. От обильной росы каждый лист, каждая травинка переливались всеми цветами радуги; капли росы, точно драгоценные бриллианты, дрожали на чашечках цветов, благоухающих слегка пьянящим ароматом.
По большой дороге медленно ехали два всадника. То были знакомые уже нам Гарпер и Браун. Их охотничьи блузы, ботинки и мокасины из оленьей кожи свидетельствовали о том, что они собрались не на простую прогулку. К тому же у каждого из них за плечами висел карабин, а у пояса широкий охотничий нож. На обратном пути от Робертсов Браун не мог ничего скрыть от своего доброго дяди и подробно рассказал обо всем происшедшем. Теперь каждый из них был погружен в свои размышления, и они молча доехали до того места, где дорога поворачивала к горному хребту до реки Ципрес, а оттуда в Литл-Джен вела узкая тропинка. Здесь-то Браун и остановил свою лошадь, чтобы проститься с дядей.