Работа Робертса и Куртиса скоро была завершена. Завалив труп ветвями, они подошли к Гарперу, Ассовуму и Гарфорду, остававшимся молчаливыми и безучастными свидетелями их печальной работы. Видя, что все уже кончено, охотники направились к лошадям. Гарпер молча поплелся сзади. Он как-то осунулся, и лицо его побледнело. Правда, никто не посмел бы укорить его или его племянника в убийстве, но ведь могло возникнуть подозрение, не убил ли Браун Гитзкота внезапно из засады. Эта-то мысль и беспокоила справедливого охотника, и он, понуря голову, машинально шел за своими товарищами. Так же машинально уселся он на лошадь, предоставив ей полную свободу идти, куда хочет. Гарпер даже не заметил, что Ассовум, сидевший с ним рядом под деревом, не шелохнулся и не пошел вместе с белыми.
Пока охотники садились на лошадей и один за другим скрывались за деревьями, Ассовум неподвижно сидел под деревом, устремив глаза в землю, но как только замолк топот копыт лошадей белых, индеец снова поднялся и снова начал внимательно исследовать место кровавой сцены. Вытащив свой нож, он измерил им и отметил на рукоятке томагавка длину и ширину найденных следов. Наконец, убедившись, что он сделал все, что только возможно, осмотрев все до мельчайших подробностей и все запомнив, краснокожий перекинул за спину винтовку, бросил последний взгляд на труп регулятора, прикрытый ветвями, и углубился в чащу леса по направлению, совершенно противоположному тому, куда направились его белые друзья.
Глава IX. Второе свидание бандитов. Досада Роусона. Мэриан
В то самое утро, когда охотники, случайно натолкнувшись на следы загадочного убийства, вытащили из реки тело Гитзкота, в глубине леса, где происходило описанное в первой главе свидание четырех подозрительных личностей, мы находим опять тех же, собравшихся вместе, бандитов.
Первыми прибыли Коттон и Уэстон, а вскоре к ним присоединились и Роусон с Джонсоном. Ранее прибывшие приветствовали последних громкими, радостными восклицаниями.
-- Замолчите! -- закричал взбешенный этим Роусон. -- Вы не на большой дороге! Нужно позаботиться о том, чтобы нас никто не услыхал!
-- Вот тебе на! -- беспечно отозвался Уэстон. -- Да что ж тут странного, если кто-нибудь, услыхав нас, и увидел бы собравшихся здесь четырех джентльменов?
-- Вам-то это, может быть, и все равно, -- возразил Роусон, -- но моя будущая теща -- женщина очень благочестивая, и ей едва ли было бы приятно узнать, что ее зять имеет какие бы то ни было сношения с такими типами, как вы, приятели!
-- Так это, значит, правда, что говорят о вашем безрассудном намерении жениться на дочери Робертса? -- осведомился Коттон. -- Я, право, не мог поверить этим слухам.
-- Не вижу ничего безрассудного в моем намерении, милейший Коттон. Задуманное нами предприятие будет последним в моей жизни, а затем я сделаюсь честным человеком!