-- Постойте, -- вмешался Робертс, удерживая рассвирепевшего Гарпера за руку. -- Никто и не обвиняет вашего племянника в воровстве. Многое позволяет нам думать, что Браун -- виновник смерти Гитзкота, но нет ни одного повода приписать ему второе преступление. К тому же, все мы воочию убедились, что здесь орудовали два человека.
-- Так кто же этот второй?
-- Этого мы не знаем. Мы нашли только следы двух человек, один из них был в сапогах, другой в башмаках. Весьма вероятно, что Браун отомстил Гитзкоту, убив его, а другой, воспользовавшись удобным случаем, обобрал труп.
-- При Брауне этот другой не посмел бы сделать подобной вещи. Племянник не допустил бы этого! -- возразил Гарпер.
-- Несомненно, -- подтвердил Робертс, -- он бы не допустил ничего подобного, если бы увидел, что хотят обобрать труп. Однако, как бы то там ни было, в кармане у Гитзкота, я знаю, находилась порядочная сумма денег, подозревать же племянника Гарпера в воровстве, повторяю еще раз, невозможно. Стало быть, ее взял тот, кто помогал ему в деле мщения. Кто он? Никто из нас сказать этого сейчас не может.
-- О, как все это ужасно! -- воскликнул Гарпер, отходя в сторону и садясь рядом с Ассовумом, расположившимся у подножия раскидистого дерева.
Индеец, за все это время не проронивший ни слова, сидел, мрачно задумавшись, опустив голову на скрещенные руки.
-- Что ж, господа, -- сказал Куртис, -- торчать тут, по соседству с трупом, едва ли кому-нибудь приятно. Возьмемся-ка за дело, да и домой!
С этими словами он стал собирать на земле ветви, чтобы завалить ими труп убитого.
-- Вы правы, Куртис, -- сказал Робертс, также принимаясь забрасывать мертвеца громадными сучьями, упавшими с стоявшего неподалеку гиганта дерева. -- Еще несколько таких ветвей, и хищным птицам не подобраться к трупу; ну а волки бродят только по ночам.