-- Ахъ, Божэ мой, Клавдія, какіе у васъ глаза. Такіе глаза отъ Бога, Клавдія, я не понимаю, что со мной дѣлается.
-- Вы меня любите?-- произнесла она томно и вдругъ обняла мою шею руками.
Тутъ я не выдержалъ, бросился передъ нею на колѣни и сталъ осыпать ея руки и платье поцѣлуями.
-- Ахъ, что вы дѣлаете?-- воскликнула она, еще крѣпче сжимая мнѣ шею руками.
-- Клавдія, Клавдія,-- шепталъ въ сладкомъ забытьи. Клавдія, вы для меня все.
Вдругъ въ эту минуту Клавдія громко закричала:
-- Мамаша!
Изумленный, я обратился къ ней съ вопросомъ:
-- Зачѣмъ вамъ мамаша?
Но Клавдія, цѣпко держа меня и шею, продолжала настойчиво и пронзительно кричать: