— Значит еще время нам не занимать стать…
— Погодь, обмозгую…
Степан Сидорович, несмотря на далекий путь, все еще, действительно не обмозговал, как безопаснее устроить порученное ему князем страшное дело.
Как он ни думал, как ни соображал, все выходило по русской пословице: «Куда ни кинь, все клин».
Покончив переговоры с Аннушкой, он снова стал обдумывать окончательно план, и снова ничего не выходило.
Счастливый или вернее несчастный случай помог ему выйти из затруднительного положения, когда приходилось чуть ли не отказываться от исполнения княжеского поручения, сделав половину дела. Судомойка в доме Дарьи Васильевны Потемкиной — Акулина была тоже на сносях и полезла в погреб, оступилась и родила мертвого ребенка — девочку.
В доме все завыли и заохали. В числе сочувствующих несчастию был и Степан Сидорыч, только что вернувшийся со свидания с повивальной бабкой, соглашавшейся помочь его сиятельству за тысячу рублей, только чтобы «без риску» и «под ответ не попасть».
При виде мертвенького младенца, Степана Сидорыча осенила мгновенная мысль. План был составлен.
Он отвел в сторону Емельяныча и шепнул ему:
— Уступи мне младенца… говорю… двести рублев дам, а то и поболе.