Он вздрогнул, побледнел, потом вспыхнул и, нервно сжав руки княжны, которые продолжал держать в своих, воскликнул:
— И ты меня спрашиваешь, ты, ты сомневаешься в моей любви!
— Я в ней не сомневаюсь, иначе я не была бы здесь, — просто ответила она. — Я задала тебе этот вопрос, чтобы вдохнуть в тебя энергию, которая, видимо, оставила тебя при первом встретившемся препятствии.
— Но это препятствие — пропасть… — с выражением ужаса заметил он, — пропасть, разделяющая нас.
— Она не так глубока, как кажется, я перешла ее. Я здесь, — почти злобно улыбнулась она.
Он окинул ее удивленным взглядом, никогда не видал он ее такой, сказать более, не мог ее такой даже предполагать.
"Она закалилась, видимо перенеся страшную семейную бурю!" — промелькнуло в его голове.
— Что случилось, что произошло между тобою и князем? — задал он вопрос.
— Ничего особенного, все, что мы давно ожидали… Он не соглашается на наш брак. Он говорит, что лучше желает видеть меня в монастыре, в могиле, чем замужем за человеком не нашего, т. е. не его, общества. Он приехал сегодня к обеду и долго говорил со мной. Я объявила ему, что скорее умру, нежели буду женой другого, я плакала, я умоляла его — он остался непоколебим… и уехал, приказав мне готовиться в отъезд за границу.
— Скоро?