И дѣйствительно, едва ли когда либо письмо, отправленное изъ этихъ дебрей въ цивилизованный міръ, заключало въ себѣ такія важныя извѣстія, какъ это, вскрытое мной.
Письмо гласило:
Устье Лены, 24 марта 1882.
Его Превосходительству Секретарю Флота,
Вашингтонъ.
Милостивый Государь! Имѣю честь доложить Вамъ о результатахъ моихъ розысковъ лейтенанта Де Лонга и его отряда.
Послѣ многократныхъ, безплодныхъ усилій подойти къ слѣдамъ Де Лонга съ сѣвера, я попробовалъ продолжать путь Ниндерманна въ обратномъ направленіи, то есть съ юга. Я исколесилъ все пространство суши, лежащее среди громадной сѣти водяныхъ артерій, которую образуютъ развѣтвленія Лены. Затѣмъ я проникъ дальше въ направленіи съ запада на востокъ. Проходя по одной косѣ, я увидѣлъ недалеко отъ берега остатки лагернаго костра. Ниндерманнъ немедленно призналъ эти воды той рѣкою, вдоль которой онъ шелъ съ Норосомъ.
Я обошелъ косу, чтобы пройти противоположнымъ берегомъ дальше на сѣверъ, и въ какихъ-нибудь ста метрахъ оттуда увидѣлъ четыре связанныхъ столба, возвышавшихся приблизительно на 60 сантиметровъ надъ снѣжными сугробами. Я соскочилъ съ саней, побѣжалъ туда и увидѣлъ дуло ружья, торчавшее изъ-подъ снѣга. Ремень ружья былъ обмотанъ вокругъ столбовъ. Я велѣлъ туземцамъ немедленно отгрести снѣгъ, а самъ пошелъ съ Ниндерманномъ обыскивать берегъ и лежащую выше мѣстность. Не успѣли мы отойти и 500 метровъ въ этомъ направленіи, какъ увидѣли походный котелъ, блестѣвшій въ снѣгу. Здѣсь-же лежали, наполовину занесенные снѣгомъ, три трупа. Это были Де Лонгъ, докторъ Амблеръ и А-Самъ, китаецъ-поваръ.
Рядомъ съ тѣломъ Де Лонга лежалъ его дневникъ, копію съ котораго я прилагаю. Запись начинается перваго октября 1881 года и кончается днемъ, когда смерть вырвала перо изъ рукъ командира "Жаннетты". Подъ столбами мы нашли книги, записки, донесенія и еще два тѣла. Остальные покоились вѣчнымъ сномъ между тѣмъ мѣстомъ, гдѣ мы нашли Де Лонга и отдаленнымъ мѣстомъ на берегу, гдѣ лежали остатки лодки. Сугробъ, который я распорядился разрыть, имѣетъ 10 метровъ ширины и 7 метровъ высоты.
Мѣсто послѣдняго успокоенія нашихъ дорогихъ усопшихъ представляетъ собой косу, нѣсколько возвышенную, но покрытую плавучимъ лѣсомъ. Изъ этого можно заключить, что въ опредѣленное время года вода заливаетъ здѣсь сушу. Поэтому я перенесу тѣла на болѣе подходящее мѣсто высокаго берега Лены и тамъ ихъ похороню. Пока-же, если погода позволитъ, я буду усердно и тщательно продолжать розыски второго катера, о судьбѣ котораго ничего еще не извѣстно. До сихъ поръ намъ пришлось очень много страдать изъ за неблагопріятной погоды. Въ среднемъ мы могли продвигаться впередъ только каждый четвертый день. Все-же я надѣюсь, что наступающее время года принесетъ намъ и лучшую погоду.