Командиръ русскаго военнаго судна прислалъ къ намъ тоже одного изъ своихъ офицеровъ, чтобы привѣтствовать насъ и предупредить о его посѣщеніи. Вмѣстѣ съ тѣмъ онъ приказалъ передать намъ, что съ радостью сдѣлаетъ все, отъ него зависящее, для того, чтобы помочь намъ въ нашихъ начинаніяхъ. Тотчасъ послѣ этого, прибылъ на другой лодкѣ капитанъ Сэндманъ съ "Александра", котораго сопровождали капитанъ Хёнтеръ и г. Мулановскій, оба мѣстные жители; и они предложили намъ свои услуги. Капитаны Сэндманъ и Хёнтеръ, хотя лично и незнакомые намъ, всеже были извѣстны большинству изъ насъ, благодаря описанію путешествія Кеннана и Беша, чиновниковъ русско-американскаго телеграфнаго Общества, столкнувшихся здѣсь съ ними. Капитанъ Сэндманъ командовалъ бригомъ "Ольга", который перевезъ изъ Санъ-Франциско американскій отдѣлъ, а капитанъ Хёнтеръ, бывшій уже и тогда постояннымъ жителемъ Петропавловска, оказалъ имъ весьма важдыя услуги какъ дѣломъ, такъ и совѣтомъ, благодаря той опытности, которую онъ успѣлъ пріобрѣсти вслѣдствіе долгаго своего пребыванія въ странѣ. Послѣ краткаго, но радостнаго свиданія, гости наши покинули насъ съ обѣщаніемъ позаботиться о недостающихъ для нашего полнаго снаряженія въ полярную экспедицію предметахъ, которые можно было пріобрѣсти на мѣстѣ; наше посѣщеніе этого отрѣзаннаго отъ всего остальнаго міра города, куда только одинъ разъ въ годъ приходитъ правильная почта, и было сдѣлано единственно съ цѣлью пріобрѣсти здѣсь нѣкоторыя необходимыя для насъ вещи.
На слѣдующее утро лейтенантъ Бёрри и я, въ сопровожденіи нашего новаго друга, капитана Хёнтера, въ качествѣ переводчика, отдали визитъ командиру "Стрѣлка", капитану Деливрону. Отъ него мы узнали, что ему поручено его правительствомъ оказать намъ всякую возможную помощь и что втеченіе лѣта онъ долженъ крейсировать въ Беринговомъ морѣ и въ Ледовитомъ океанѣ и такимъ образомъ способствовать нашимъ поискамъ за "Жаннеттою". Въ силу этого, онъ желалъ получить точныя указанія о дальнѣйшемъ нашемъ пути отсюда и о мѣстахъ нашихъ будущихъ стоянокъ, гдѣ мы намѣреваемся останавливаться на болѣе продолжительное время, для того, чтобы самому останавливаться въ иныхъ мѣстахъ и такимъ образомъ, по возможности, увеличить пространство, предназначенное для изслѣдованія. Затѣмъ онъ сообщилъ лейтенанту Бёрри, что въ Пловеръ-бэѣ, находится складъ 500 тоннъ угля, который былъ доставленъ туда, по распоряженію русскаго правительства, и что ему (лейтенанту Бёрри) предоставляется право взять изъ этого запаса, сколько онъ найдетъ нужнымъ. Наконецъ, онъ предложилъ нашему капитану свои услуги и передалъ ему о своемъ планѣ -- предпринять плаваніе къ мысу Сердце-Камень; изъ этой мѣстности, думалъ онъ, захватить осенью нашу почту и доставить наши телеграммы на ближайшую азіатскую телеграфную станцію, куда онъ намѣревался прибыть около конца сентября.
На слѣдующій день, офицеры "Стрѣлка" пригласили своихъ товарищей съ "Роджерса" на торжественный завтракъ, а затѣмъ, впродолженіе всего нашего пребыванія здѣсь, они оказывали намъ всегда неизмѣнное, дружественное гостепріимство. "Стрѣлокъ" представляетъ собою паровое судно, почти въ 1,400 тоннъ; на немъ 20 офицеровъ и 150 человѣкъ команды и батарея тяжелыхъ, заряжающихся съ казенной части орудій; подъ полными парами, онъ въ состояніи сдѣлать до 12 узловъ. Капитанъ Деливронъ ожидаетъ теперь здѣсь прибытія русскаго адмирала, командующаго тихо-океанскою эскадрою, который черезъ недѣлю прибудетъ сюда съ тремя другими военными судами императорскаго русскаго флота. Посѣщеніе это навѣки запечатлѣется въ памяти жителей этого мирнаго и лишеннаго всякаго значенія порта. Сегодня утромъ пришла "Камчатка", паровое судно въ 1,400 тоннъ, принадлежащее одному изъ здѣшнихъ русскихъ негоціантовъ, г. А. Э. Филиппеусу; отсюда оно отправляется въ торговый объѣздъ сначала къ устьямъ рѣкъ Камчатки, а затѣмъ по различнымъ портамъ Охотскаго моря. Капитанъ Хёнтеръ, дѣйствующій здѣсь въ качествѣ агента и представителя владѣльца, приметъ участіе въ этомъ плаваніи.
При посредствѣ дѣятельной поддержки гг. Хёнтера и Мулановскаго, а также благодаря дружественному пособничеству мѣстнаго исправника г. Серебренникова, удалось намъ добыть отъ мѣстныхъ жителей 47 превосходныхъ упряжныхъ собакъ; къ сожалѣнію, однако, не возможно было получить вмѣстѣ съ тѣмъ и необходимый запасъ вяленой лососины для ихъ корма; для покупки сушеной рыбы время еще не настало, хотя и теперь уже ловится громадное количество свѣжихъ лососей.
Большой запасъ одежды изъ оленьихъ шкуръ, закупленный нами тоже здѣсь, будетъ для насъ неоцѣненнымъ сокровищемъ при арктическихъ переѣздахъ на саняхъ; эти одежды какъ по работѣ, такъ и по покрою своему, гораздо лучше эскимосскихъ; кромѣ того, онѣ украшены богаче послѣднихъ, а употребленныя на ихъ подѣлку шкуры, кажется, лучше добротностью сравнительно со шкурами американскихъ оленей. Одежда изъ американскаго оленя черезъ годъ должна быть замѣнена новою, тогда какъ тѣ, которыя выдѣлываются здѣсь, и по прошествіи этого срока остаются крѣпкими и съ виду, какъ новыя.
Замѣчательна также разница въ обращеніи съ собаками. Онѣ содержатся здѣсь гораздо лучше, нежели у эскимосовъ, и выѣзжены гораздо заботливѣе въ гоньбу. Вмѣсто кнута, погоняютъ ихъ здѣсь ободрительными возгласами и въ то время, какъ эскимосъ припрягаетъ каждое животное посредствомъ особой постромки, здѣсь онѣ запрягаются попарно къ длинной бичевкѣ, впереди которой привязана головная собака, которая слушается голоса возницы и, сообразно съ приказаніями послѣдняго, поворачиваетъ направо и, налѣво. Сибирскія собаки выѣзжаются преимущественно для большей быстроты; если только имъ въ достаточной мѣрѣ и притомъ правильно выдаютъ пищу и воду, то онѣ, безъ особенныхъ усилій, пробѣгаютъ ежедневно отъ 120 до 150 верстъ послѣдовательна, впродолженіе четырехъ или пяти дней. Что касается, однако, до перевозки тяжестей, по неровному льду или по неровной же мѣстности, то, повидимому, эскимосскія собаки лучше пріучены къ этому, нежели здѣшнія. По гладкой мѣстности онѣ везутъ всякій грузъ съ величайшею скоростью, но едва лишь мѣстность становится неровною, какъ онѣ останавливаются. Нѣтъ сомнѣнія, что главная причина этого обстоятельства заключается въ ихъ выѣздкѣ и воспитаніи; когда возница намѣренъ остановиться, то втыкаетъ, чтобы сдѣлать свое желаніе еще болѣе понятнымъ животнымъ, свою крѣпкую палку прямо передъ санями въ снѣгъ; собаки, чувствуя препятствіе, останавливаются и тотчасъ же ложатся на землю. Мы надѣемся, однако, что въ теченіе этой осени и зимы найдемъ возможность пріучить нашихъ собакъ къ трудной работѣ, предстоящей имъ весною. Здѣшнія собаки принадлежатъ, очевидно, къ одной породѣ съ эскимосскими, съ которыми имѣютъ большое сходство по росту, окраскѣ и сложенію. Способъ побужденія ихъ во время ѣзды на обоихъ материкахъ одинаково громогласенъ и шумливъ, но произносимыя при этомъ слова различны. Когда камчадалъ хочетъ, чтобы собака повернула направо, то кричитъ: "кахъ! кахъ!" или "сундахъ!"; поворотъ налѣво опредѣляется крикомъ: "хаучъ!" или "хо-джи, хо-джи!", что очень напоминаетъ хрюканье свиней. Знакъ къ отъѣзду подается или свистомъ, или крикомъ: "хе, хе!", а останавливаются собаки по краткому и рѣзкому крику: "нахъ-и-а-хъ! "
Значительно различается также отъ эскимосской и самая конструкція камчадальскихъ саней; первыя значительно тяжелѣе послѣднихъ и предназначены скорѣе къ перевозкѣ тяжестей, нежели къ быстрой ѣздѣ. Сани жителей Петропавловска соединяютъ въ себѣ величайшую легкость съ замѣчательною крѣпостью и выносливостью; въ особенности этими качествами обладаютъ одномѣстныя сани, на которыхъ приходится ѣхать задомъ и которыя очень напоминаютъ американскій экипажъ, извѣстный подъ именемъ "сёлки", употребляемый на нашихъ цивилизованныхъ бѣгахъ. Эти маленькіе экипажи имѣютъ широкіе, но тонкіе полозья, которые спереди согнуты вверхъ и несутъ на себѣ устои, держащіе раковинообразную корзину; отдѣльныя частр связаны другъ съ другомъ ремнями изъ кожи морской собаки и медвѣдя. Съ упряжкою въ 6 собакъ можно при хорошей дорогѣ легко сдѣлать въ этомъ экипажѣ отъ 12 до 15 верстъ въ часъ; наибольшее количество груза для упряжки въ 9 сильныхъ собакъ считается здѣсь 15 пудовъ; точно такое же число эскимосскихъ собакъ было бы въ состояніи дѣлать въ теченіе цѣлыхъ недѣль и даже мѣсяцевъ по 25 и 30 верстъ въ сутки, таща грузъ въ 45--50 пудовъ вѣсомъ.
Мы не могли получить въ Петропавловскѣ оленины, но зато взяли шесть головъ скота, которыя вмѣстѣ съ нашимъ грузомъ строеваго лѣса и топлива и съ 47 собаками, дѣлаютъ свободное пространство на бакѣ не особенно просторнымъ. Кому приходится теперь переходить съ одного конца судна на другой, тотъ долженъ быть достаточно ловокъ и изворотливъ. Сегодня вотъ уже второй вечеръ, какъ мы приняли на палубу нашихъ собакъ, и ни на минуту еще не прекращался ихъ протяжный вой, который заставитъ насъ вѣчно помнить эти ночи. Завтра рано утромъ мы намѣреваемся отправиться въ св. Михаилъ на Аляскѣ, чтобы захватить оттуда 200 тоннъ угля, которыя привезъ для насъ "Павелъ", паровое судно Аляскинскаго Общества. Но куда мы дѣнемъ этотъ уголь -- еще вопросъ, о которомъ придется подумать даже и самому опытному грузовщику и укладчику, который когда либо существовалъ на свѣтѣ. Около 100 тоннъ могутъ остаться въ трюмѣ до новаго наполненія угольныхъ ямъ, а остальное количество надо помѣстить на палубѣ -- но гдѣ именно? Коровы стоятъ у фокъ-мачты, а собаки, дрова и бревна занимаютъ все пространство между фокъмачтою и шканцами, тогда какъ весь такелажъ увѣшанъ лососями, которые сушатся для корма собакъ. Счастье еще, что намъ нечего опасаться въ Беринговомъ морѣ и въ Ледовитомъ океанѣ особенно бурной погоды и что путешествіе наше не будетъ слишкомъ продолжительно. Мы расположимся на зимовку на Врангелевой землѣ или же на сосѣднемъ сибирскомъ берегу. Такая погода, какая насъ преслѣдовала во время перехода изъ Санъ-Франциско, произвела бы самое печальное опустошеніе среди нашего палубнаго груза.
4-го іюля (день празднества республики) день былъ бурный, и судно сильно качало и бросало изъ стороны въ сторону; тѣмъ не менѣе, наши юные и патріотичные офицеры отнюдь не смутились и находились все время въ самомъ подобающемъ торжественномъ расположеніи духа. Заклать упитаннаго тельца мы не могли, такъ какъ таковаго не имѣли; но его съ успѣхомъ замѣнила упитанная свинья Микель-Анджело, которая доставила всему корабельному обществу въ высшей степени желанное праздничное блюдо изъ свѣжаго мяса. Если бы доброе животное знало, какъ мы его всѣ оцѣнили послѣ его смерти, то оно навѣрно утѣшилось бы сознаніемъ, что умерло не даромъ. Одинъ изъ офицеровъ досталъ откуда-то ящикъ, который былъ поднесенъ ему ко дню 4-го іюля нѣкоторыми изъ знакомыхъ дамъ; для каждаго офицера нашелся здѣсь какой нибудь маленькій подарокъ или игрушка, и радость, сопровождавшая находку какой нибудь дѣтской трещетки, или волчка, или кнута, была безгранична. Даже самый ящикъ Представлялъ собою поводъ къ веселью; помѣщенная на немъ комическая надпись гласила, что и онъ, и его-содержимое предназначается "для большой дѣтской". Самъ Доминикъ, нашъ цвѣтной провіантмейстеръ, подчинился всеобщему одушевленію въ этотъ день; хотя онъ и былъ едва въ состояніи держаться на ногахъ, но все же соорудилъ такой обѣдъ, который могъ бы сдѣлать честь даже тонкому ресторану, пользующемуся стародавнею славой. Послѣ обѣда, докторъ Джонсъ, главный врачъ, держалъ подходящую къ случаю рѣчь, въ которой прославлялъ мореплаваніе, арктическія изслѣдованія и патріотизмъ.
Ночью съ 4-го на 5-е, то и дѣло налетали сильные шквалы; одинъ, проходившій съ подвѣтренной стороны судна, былъ бы для насъ, по словамъ вахтеннаго офицера, гибельнымъ, если бы застигъ въ морѣ. Онъ разсказывалъ, какъ видѣлъ приближеніе шквала, который глубоко бороздилъ море и распространялъ какой-то сѣроватый, холодный свѣтъ, придававшій всему окружающему блѣдный, мертвенный видъ, что на сценѣ достигается посредствомъ такъ называемаго зеленаго свѣта, когда нужно изобразить въ трагедіяхъ и другихъ трогательныхъ пьесахъ смерть. Офицеръ прибавилъ, что ни разу еще во всю свою жизнь онъ не казался себѣ такимъ маленькимъ и ничтожнымъ, какъ въ тотъ моментъ, когда ужасный порывъ вѣтра пролеталъ мимо; онъ зналъ только лишь, что рѣшительно не въ состояніи ничего предпринять, если шквалъ налетитъ на судно. Этого, однако, къ счастью, не случилось, и мы сегодня цѣлы и невредимы и можемъ о томъ разсказывать.