9 іюля, мы увидали высокія горы Уналашки; на слѣдующій день прошли на разстояніи около 50 миль Умнакъ и видѣли вершину его, покрытаго снѣгомъ, вулкана, въ 5000 ф. высоты, который прорѣзалъ облака и былъ озаренъ лучами заходящаго солнца. Зрѣлище было блестящее и долго останется у насъ въ памяти. Гора, съ ея низко висящимъ облачнымъ вѣнцомъ, была совершенно похожа на Фузияму, священную гору Японіи, извѣстную всему міру по безчисленнымъ ея изображеніямъ на японскихъ товарахъ. Въ недалекомъ разстояніи отъ нея видно было, какъ изъ одного вулкана, дѣйствующаго еще до сихъ поръ среди остальныхъ трехъ ему подобныхъ, поднимался густой дымъ. На слѣдующій день, 11-го іюля, прошли мы черезъ такъ-называемый "172-й проходъ", находящійся между островами Амугхта и Сегуамъ въ Беринговомъ морѣ, гдѣ скоро нашли совершенно гладкое море. Послѣ нашего бурнаго перехода мы были рады плыть по такой спокойной глади и не особенно смущались туманомъ, который окружалъ насъ все время. Съ той поры, какъ мы покинули Санъ-Франциско, мы имѣли всего пять дней хорошей погоды.
Въ четвергъ, 14-го іюля, мы пересѣкли 180 меридіанъ и очутились такимъ образомъ въ другомъ полушаріи. Здѣсь именно и и находится то мѣсто, гдѣ мореплаватель пріобрѣтаетъ одинъ день, когда ѣдетъ на западъ, и теряетъ столько же, когда направляется на востокъ. Такъ какъ мы намѣревались черезъ нѣсколько дней вернуться и снова пересѣчь этотъ меридіанъ, то намъ приходилось два раза измѣнять нашъ календарь. Лейтенантъ Бёрри былъ, однако, того мнѣнія, что мы прекраснѣйшимъ образомъ можемъ оставаться при старомъ своемъ счетѣ; единственная замѣтная для насъ разница состояла въ томъ, что, когда мы прибыли въ нашу субботу въ Петропавловскъ, то увидали, что тамошніе благочестивые люди справляютъ воскресное богослуженіе. И все-таки, хотя бы мы, переходя черезъ 180 меридіанъ, прибавляли и убавляли по дню, въ случаѣ зимовки на Врангелевой землѣ, мы бы не выпутались изъ затрудненія, такъ какъ 180 меридіанъ какъ разъ пересѣкаетъ этотъ островъ; мы то и дѣло пересѣкали бы его и спутались бы сами, да и въ записныхъ своихъ книжкахъ надѣлали бы путаницу страшную.
Я вовсе не жалѣю, что прерываю на этомъ свое письмо, такъ какъ въ то время, когда я пишу его въ большой каютѣ "Роджерса", я испытываю непомѣрныя мученія отъ безпрестанныхъ нападеній москитовъ, этихъ истинныхъ бичей полярныхъ странъ. Трудно повѣрить, что здѣсь можно ихъ встрѣтить, но они тутъ то и есть, и притомъ въ такомъ безчисленномъ количествѣ, что для жителей этихъ широтъ жизнь является истинною тягостью.
III.
Петропавловскъ.
На "Роджерсѣ", Берингово море, 28 іюля 1881.
Если бы союзники -- враги Россіи, во время Крымской войны, не сочли за необходимое попробовать овладѣть этимъ городомъ и тѣмъ самымъ не придали ему нѣкотораго значенія, котораго въ иномъ случаѣ онъ никогда бы не добился, то никому бы и на умъ не вспало, что Петропавловскъ можетъ значить что нибудь въ мірѣ. Но, когда въ августѣ 1854 года, союзная англо-французская эскадра, состоявшая изъ шести фрегатовъ, появилась передъ городомъ и высадила на берегъ отрядъ войскъ, то городъ оказался укрѣпленнымъ и защищаемымъ горстью отважныхъ русскихъ солдатъ и Козаковъ, которымъ, при помощи топографическихъ преимуществъ, а также грубыхъ ошибокъ противника, удалось нанести чувствительное пораженіе союзникамъ, потерявшимъ почти всѣхъ офицеровъ и около 120 рядовыхъ. У подножья возвышенности, недалеко отъ плотины, у которой происходило сраженіе, расположено небольшое въ 20 кв. футовъ кладбище, гдѣ нашли вѣчное успокоеніе павшіе съ обѣихъ сторонъ бойцы. Надъ обоими большими курганами высятся деревянные, покрытые русскими надписями, кресты; приличная, окрашенная въ бѣлую краску, ограда окружаетъ кладбище, которое, будучи расположено у подошвы высокаго и крутаго холма и упираясь одною своею стороною въ обросшія травою забвенія развалины стариннаго форта, а другою -- въ пороховой магазинъ, представляетъ очень живописное зрѣлище. Городъ расположенъ въ долинѣ, между высокихъ холмовъ, обросшихъ съ подвѣтренной стороны красивымъ лѣсомъ. Дома очень малы, и срублены по большей части изъ плохо-обструганныхъ бревенъ; бѣднѣйшіе изъ нихъ крыты соломой. Многія правительственныя зданія также точно, какъ и товарные склады русскаго пуганаго Общества и жилища почетнѣйшихъ гражданъ, выстроены изъ досокъ, привезенныхъ издалека и прекрасно выкрашены. Изъ числа улицъ существуетъ только одна, которая достойна носить это названіе, да и та имѣетъ всего лишь футовъ 30 въ ширину. Дома, видимо, выстроены безъ всякаго вниманія на направленіе этой такъ-называемой улицы и возвышаются именно тамъ, гдѣ понадобилось и заблагоразсудилось ихъ владѣльцу. Въ Петропавловскѣ двѣ церкви: старая и новая. Первая, полуразвалившійся, но все еще живописный блокгаузъ, со множествомъ угловъ и выступовъ, съ зеленымъ, странно устроеннымъ куполомъ, напоминаетъ нѣсколько восточную архитектуру. Новая церковь выстроена изъ досокъ, выкрашена въ бѣлую краску и обладаетъ широкою лѣстницею, ведущею къ главному входу; она возвышается посреди миніатюрнаго парка, черезъ который пробѣгаетъ веселенькій, маленькій ручеекъ. Берега послѣдняго усѣяны могильными камнями, среди которыхъ мрачная и одинокая поднимается черная, желѣзная колонна, поставленная въ честь и память русскаго мореплавателя Витуса Беринга, могила котораго находится въ 250 англ, миляхъ отсюда на томъ островѣ, гдѣ онъ въ 1741 году потерпѣлъ кораблекрушеніе и нашелъ преждевременную смерть. На томъ же кладбищѣ, по другую сторону церкви, находится памятникъ изъ чернаго мрамора, русская надпись котораго гласитъ, что онъ воздвигнутъ въ память офицеровъ и экипажа небольшаго русскаго купеческаго судна, погибшаго со всѣмъ, что на немъ было, у одного изъ Курильскихъ острововъ. Памятникъ доставленъ сюда изъ Россіи съ цѣлію перевести его на мѣсто кораблекрушенія и водрузить тамъ; но такъ какъ тамъ никто, вѣроятно, никогда бы его не увидѣлъ, то сочли за лучшее поставить его въ такомъ частопосѣщаемомъ центральномъ пунктѣ общественной жизни, каково кладбище Петропавловска, города съ 400 жителями и съ одною почтою въ годъ.
Построеніемъ и дальнѣйшею поддержкою новой церкви городъ обязанъ русской Компаніи пушныхъ товаровъ, которая, по правдѣ сказать, есть тоже Аляскинское торговое Общество, только подъ другимъ названіемъ; благодаря принятію этого другаго названія, ему удалось выхлопотать себѣ право пользованія тѣми же различными привиллегіями охоты за тюленями на Беринговомъ и Мѣдномъ островахъ, находящихся подъ властью Россіи, какими оно успѣло заручиться на Алеутскихъ островахъ отъ правительства Соединенныхъ Штатовъ. Служба отправляется въ новой церкви только лѣтомъ, тогда какъ небольшая и легче отапливаемая старая церковь даетъ убѣжище тѣмъ, которые ощущаютъ потребность въ утѣшеніяхъ вѣры и въ долгое зимнее время, когда старинное зданіе исчезаетъ почти совершенно подъ снѣгомъ и когда войдти въ него возможно лишь по длинному проходу, прокопанному въ снѣгу. Богослуженіе совершается священникомъ и двумя причетниками, которыхъ часто можно встрѣтить на улицѣ съ ихъ длинными, спускающимися до пятъ одеждами; высокая черная шляпа покрываетъ ихъ длинные волосы, а волнистая борода украшаетъ ихъ лица. У священника надѣта на шеѣ длинная золотая цѣпь, къ которой привѣшенъ большой золотой наперстный крестъ -- подарокъ покойнаго императора. Когда недавно православный епископъ западнаго побережья Соединенныхъ Штатовъ посѣтилъ Петропавловскъ, то, по словамъ капитана Хёнтера, ему стоило большихъ трудовъ и усилій заставить жителей признать за нимъ его духовный санъ; такъ какъ онъ не носилъ длинныхъ волосъ и бороды и тотчасъ по окончаніи службы снялъ священное облаченіе, то никто не хотѣлъ признать въ немъ дѣйствительное духовное лицо.
Въ городѣ существуетъ одна только лавка, но, такъ какъ у жителей (за исключеніемъ военныхъ, духовенства и иноземныхъ купцовъ) денегъ не водится, то и этой лавки совершенно достаточно. Само собою разумѣется, что всѣ мы смотрѣли на нынѣшняго владѣльца этой лавки съ сожалѣніемъ и никакъ не могли понять, какимъ образомъ ему удается сводить концы съ концами, но г. Мулановскій, ея теперешній обладатель, уроженецъ польскихъ губерній, говорящій поанглійски и пофранцузски также бѣгло, какъ на своемъ родномъ языкѣ, представляетъ собою типъ предпріимчиваго торговца пушниной: онъ въ теченіе зимнихъ мѣсяцевъ предпринимаетъ частыя и продолжительныя экскурсіи на саняхъ внутрь страны, причемъ закупаетъ большіе запасы самыхъ дорогихъ мѣховъ; благодаря долгому опыту въ этомъ отношеніи, онъ сдѣлался въ странѣ авторитетомъ. Всѣ свои товары онъ отправляетъ на лондонскій рынокъ, но никогда не согласится продать чужому человѣку хотя бы одну шкурку.