-- By Jove! теперь мнѣ понятно что вы не въ состояніи писать какъ писарь у нотаріуса, тѣмъ не менѣе все въ порядкѣ и я вполнѣ могу разобрать что вы нарисовали; ну, а этого болѣе чѣмъ достаточно для нашей канцеляріи. Теперь, сэръ, потрудитесь скрѣпить эту расписку вашею полною подписью.
Мортонъ дрожащею рукой подписалъ свои два имени и фамилію.
-- All right! Прекрасно, ну, всѣ формальности исполнены; теперь вы вполнѣ свободны и можете идти на всѣ четыре стороны.
-- Благодарю, сержантъ.
-- Не за что, сэръ! сухо отрѣзалъ служака, бросивъ изъ-подлобья и изъ-за густыхъ щетинистыхъ бровей бѣглый взглядъ на величавую фигуру Мортона. "Этакій молодчина!" подумалъ сержантъ: "Только подобные колоссы... великаны, могутъ выдерживать каторгу въ теченіе двадцати лѣтъ."
Мортонъ надѣлъ на голову широкополую шляпу, получилъ самого себя, отошелъ отъ стола и обратился къ своему приставу со словами:
-- Прощайте, мистеръ Логанъ!
-- Не торопитесь, сэръ, обратился сержантъ къ Мортону, который обернувшись посмотрѣлъ съ удивленіемъ на стараго воина и, такъ-сказать, коменданта небольшаго караульнаго отряда тюремныхъ часовыхъ (prison-guards),-- куда вамъ спѣшить? продолжалъ сержантъ,-- дѣло идетъ къ вечеру, вы быть-можетъ затрудняетесь въ ночлегѣ; если такъ, то вы можете переночевать въ бѣлой комнатѣ, при караулѣ, а завтра утромъ и двинетесь въ путь со свѣжими силами.
Мортонъ вопросительно посмотрѣлъ на Лотана, который добродушно улыбаясь сказалъ:
-- Нѣтъ, ужъ не приглашайте мистера Мортона, сержантъ, хотя это съ вашей стороны весьма любезно; я увѣренъ что Мортонъ не изъ тѣхъ кто рѣшился бы провести еще одну ночь въ нашемъ отелѣ. Такъ, мистеръ Мортонъ?