Пленник: Лазутчики так и вьются повсюду, чуть что -- донос. Лучше уж молчать.
Димитрий: Завидна жизнь Борисовых людей. У меня того не будет. Свобода будет в моих владениях. (К Рожнову). А войско что? Много ли его?
Пленник: Да наберется тысяч пятьдесят.
(Димитрий делает знак, чтоб увели пленника. Его уводят.)
Пан Вишневецкий (Димитрию и боярину Шеину): А нашего-то будет всего пятнадцать тысяч.
Димитрий не отвечает.
Боярин Шеин (Вишневецкому): Ошибся ты, нашего и пятнадцати нету.
Вишневецкий: Плохо дело.
Димитрий: Что? Уж не мните ли вы, что в том моя забота?
Шеин: Нет, государь. Что до меня, -- я знаю, мы сильны, и знаю, чем сильны: не войском, не польскою помогой, а мнением, -- да, мнением народным. В имени твоем сила твоя.