Хрущов (занося над головой Димитрия саблю): Дай-ка, благословлю я тебя, сукин сын, свистун литовский.
Сапега стреляет из пистоли в Хрущова в упор. Тот падает с лошади. Московцы бегут.
Крики (в доме): "Огонь. Огонь. Горим. Спасите."
Клубы дыма валят из разбитых окон замка. Димитрий кидается в сени.
Сапега (сверху, уже взбежав по лестнице): Скорей, скорей. Дверь заперта.
Димитрий, тоже взбежав, вышибает ударом ноги дверь в спальню, где красные, в сером дыму, языки пламени лижут затлевшие балки потолка. Марина лежит на полу без чувств. Димитрий, схватив ее на руки, сбегает по лестнице.
В это время, пока Димитрий спасает Марину, там в бою как бы два противоположные течения столкнулись в водовороте: одни наступают, другие бегут. Крики: "Беда, беда. Царевич убит, утонул, сгорел. Пропали наши головушки. Беги, ребята, беги." -- "Куда вы, черти? Назад. Царевич жив." -- "Да нет же, убит. Беги, беги. Пропали наши головушки."
Войска Димитрия начинают в беспорядке отступать.
Димитрий выносит Марину на крыльцо, бережно кладет ее на вытащенную кем-то из огня медвежью шкуру и покрывает гусарской шубкой. Здесь, на свежем воздухе Марина постепенно приходит в себя.
Подлетает гонец и докладывает.