Хрущов садится на коня и мчится во весь опор. Сапега, заметив маневр Хрущова, спешит к Димитрию, который во главе отборной дружины конных уланов преследует отступающих Московцев.
Сапега (подъехав к Димитрию на взмыленной лошади): Ваше Высочество, беда. Усадьбу Московцы берут, казаки разбежались, а наших мало, не выдержат...
Димитрий: Где Марина?
Сапега: В доме.
Димитрий: Эй, уланы, за мной.
Поворачиваются и скачут во весь опор. Подъезжают к реке и переправляются через лед, не обращая внимания на улана-разведчика, махающего рукой и кричащего: "Нельзя, нельзя. Лед тонок, провалитесь". Видно, как под копытами коней лед трескается. Последний всадник с трудом выбрался -- у самого берега лед проломился, и задние ноги лошади провалились в воду.
Туренин следит за всем с кургана через подзорную трубу. Вот подъехал к усадьбе со своим отрядом Хрущов, вот он ее окружает. А вот Димитрий с уланами переправляется через реку. Выдержит или нет лед? Выдержал. С досадой Туренин поворачивается и смотрит в другую сторону, где между остановившимися войсками Димитрия и Московцами начинается решительный бой.
10.
Горсть польских гайдуков, стоя на крыльце и в сенях осажденного дома, отбивается от множества нападающих Московцев и уже слабеет, отступает.
Вдруг, выскочив из лесу и вихрем налетев на Московцев, ударяют им в тыл уланы. Рубятся саблями, режутся ножами, схватываются в рукопашную.