Вестовой (проезжая и глядя сверху): Так вам и надо, сукины дети, покарал вас Господь.
Ядра за ядрами падают в реку. Лед все больше ломается, полыньи ширятся, и всю ледяную поверхность заливает вода. Льдины плавают, кружатся, сталкиваются с треском, громоздятся и щетинятся стеклянно-прозрачными иглами. Грозно темнеет, взбухает, вздувается, и кипит, и бурлит как котел на огне готовая вскрыться река.
Бои на уцелевших местах продолжаются, а на залитых стихают.
Кое-где река уже тронулась, как в весенний ледоход. Пловучие льдины-островки, там, где их много стеснилось, проходят медленно, а на открытых местах несутся быстро. На одной из них раненая лошадь издыхает; ворон сел ей на голову и, каркая, ждет, чтобы выклевать очи; на другой тощая, с видными под кожей ребрами сука рвет зубами что-то кровавое, и еще на другой, плывущей медленно, два ратника, лях и русский, бьются на смерть, не замечая, что льдина под ними оседает все ниже и ниже, яростно сцепились, душат друг друга и режутся. Льдина вдруг покачнулась, ушла в воду совсем, и крепко обнявшись, как братья, оба тонут.
9.
В стане Московцев тревога из-за измены казаков. Войска Бориса начали отступать и могут быть разбиты. Необходимо во что бы то ни стало оттянуть часть сил противника, чтобы поправить дело. На помощь Туренину и Салтыкову, вернувшимся для наблюдения на курган, приходит со своим планом воевода Хрущов.
Хрущов (показывая рукой вдаль, Салтыкову): Видишь усадьбу?
Салтыков: Вижу.
Хрущов: Донес намедни пленный: там сейчас Марина, любовница Димитрия. Я двинусь туда с отрядом. Вор, чай, не выдержит, кинется любу свою спасать, войско оттянет, а вы тем временем ударьте ему слева и окружите.
Салтыков: Ладно придумал. Быть по-твоему. Поезжай, Бог в помощь.