Шуйский: И того отпусти. Грамоту отдай о<тцу> игумену. Ну, ступайте с Богом.
Григорий, поклонившись в землю, идет с Ефимьевым к двери.
Шуйский: Стой, погоди. (Отводит Григория в сторону, обнимает его, целует в голову и крестит): Храни тебя Господь. (На ухо шопотом): Веришь, что Богу все возможно?
Григорий: Верю.
Шуйский: То-то, верь. Как знать, сон-то, может, и в руку. Чем чорт не шутит. Ну, с Богом, с Богом, ступай, Гришенька -- Митенька.
VIII. БЕГСТВО ИЗ МОНАСТЫРЯ
Келья в Чудовом монастыре. Спят: Григорий на подмощенных досках, Мисаил на постелюшке на полу, Мисаил громко храпит. В окошечке чуть брезжит первый рассвет.
Григорий вдруг вскидывается, садится на постель, прислушивается. Тишина, только иногда далекие сторожевые крики. Григорий ложится опять, но тотчас совсем вскакивает, откидывает изголовье.
Вся сцена идет громким и чрезвычайно быстрым шопотом.
Григорий: Отец Мисаил, отец Мисаил.