О. -- Не "обывательщину", во всяком случае. Я беру понятие обывательства с двух сторон. Внешне -- это известная прослойка, толща, без которой не мыслится ни одна страна. Внутренно же обыватель есть промежуточное между интеллигенцией и народом. В некотором смысле обыватель -- потенциальный интеллигент.
П. -- Если держаться ваших широких скобок, то, пожалуй, вы правы: этот элемент в эмиграции налицо.
О. -- Прибавьте сюда всю массу повоенной молодежи. Она, в общем, несомненно "обывательская", т. е. текучая, безвидная, -- с потенцией принять тот или другой вид.
П. -- Но не случайность ли эта, как вы ее называете, "обывательская" эмиграция? Что ее толкнуло сюда? Стечение обстоятельств, разор русской жизни... Обыватель -- эмигрант не осмысленный...
О. -- Да, именно не осмысленный. А все же, в большинстве случаев, настоящий эмигрант. Он внеполитичен; ему бы теперь, после семи лет здешних бедствий (а для среднего обывателя и для молодежи они неописуемы) всеми правдами и неправдами, скопом, тянуться домой... Однако этого не происходит. Не голый, видно, разор, и не голая "политика", -- теперешняя Россия. Обывательство инстинктом чувствует то, что интеллигенция более или менее знает. И не находите ли вы, что у этой последней, у серединного слоя эмиграции, есть по отношению к "обывательству" свои прямые обязанности?
П. -- Я нахожу, прежде всего, что вы слишком обобщаете ваш "серединный слой".
О. -- Интеллигенцию? Нет, русская интеллигенция очень может быть взята как некое целое. Недаром ее называли то русской "совестью", то "разумом", а иные даже видели в ней особый "орден". У нее общие качества и недостатки, общие задачи и, конечно, есть общие обязанности. Насущные, по времени и месту, дела. У интеллигенции нашей за границей такое обязательное дело имеется -- в отношении эмиграции обывательской.
П. -- Но позвольте, если так -- мне кажется, что в общей борьбе за Россию интеллигенция исполняет, по возможности, и эту свою обязанность. Когда здесь она борется с ancien régime нашим, этими ядовитыми "большевиками наизнанку", за кого же она борется? Разве не за эмиграцию "не осмысленную", не за молодежь? Можно как угодно оценивать результаты этой борьбы, но отрицать ее нельзя.
О. -- Я и не отрицаю. Замечу только, что для успешных результатов нужно, чтобы интеллигенция выполнила некую обязанность и по отношению самой себя.
П. -- Ах, вы опять насчет внутренних несогласий и розни? Нужно, мол, "сплотиться"...