-- Нет, нет, убил. В коридоре до сих пор лежит. Сторож сам приходил, сказывал.
Увы, только это одно, последнее, и оказалось вздором. Все остальное -- была ожиданная, горькая, правда. Ушли. Совсем ушли. Навсегда. Отчаянный план сорвался.
Последующие дни... да не на другой ли день убили Шингарева и Кокошкина? Нет, после, кажется. Новые владыки узнали об этом убийстве позже всех (будто бы) и были сконфужены. Они тогда еще конфузились! Странно вспомнить, как нетвердо они сидели тогда. Невероятны забытые мелочи, а как поучительны!
Тогда, в Таврическом дворце, не было Керенского. Был один Чернов. Эпопея "Керенский--Чернов" разыгралась раньше, до большевистского переворота, не в Таврическом -- в Зимнем дворце. Будущие историки ее разберут. У них будет и продолжение, -- ведь, в наши дни, в Париже, вновь они встречаются на тех же половицах (французских). Опять "Керенский-Чернов". Дай Бог, чтобы эта встреча менее повредила России, чем первая, петербургская.
Впрочем, -- можно ли повредить России? Ее нет. А когда она опять будет, новая, третья, -- то уж, конечно, ни Керенский, ни Чернов ничем ей не смогут повредить.
III
Свержение большевиков
...Труслив наш враг, хотя и ловкий,
Легко с ним справимся и мы.
Но развяжите нам веревки,