-- И что же потом?
-- Ничего, конечно. Проснулся в слезах, и долго еще, наяву, плакал. Оба раза. Но слезы были ничего, не неприятные. Сонные слезы двух сортов бывают, как и сны двух сортов, большей частью. Один -- "да", другие "нет". Независимо от содержания. По содержанию-то все -- глупые.
-- Это правда.
-- Так вот этот мой сон -- был сон "да". Второй раз я помнил, видя его, что он уж был, и когда плакал, проснувшись, но еще под сном, говорил себе: ну, в третий раз увижу -- тогда уж добегу, уж во что бы то ни стало добегу, жить не буду, а добегу... Потом, утром, смеялся. И в третий раз не видал.
-- А кошки вам не снятся?
-- Нет, не снятся, -- быстро проговорил мой приятель и встал.
-- Простите меня, до свиданья. Простите всю эту чепуху, что я молол. Это редко со мной случается, -- никогда. Это вам в наказанье, -- прибавил он, усмехнувшись. -- Сами хотели выпытать, что я люблю. Ну вот я и стал... сочинять, насколько воображенья хватило. Я не Сологуб, не могу вам предложить более пышной "творимой легенды"...
-- Бросьте кривляться. Не обижайтесь на себя, не ежьтесь. Да ведь я слушаю, а если хотите -- забуду. Если хотите.
Он ушел. Знаю ли я теперь моего приятеля больше, чем прежде?
Не знаю, может быть, и знаю.