______________________
* Так называл Турцию император Николай.
______________________
Возникшие вскоре в разных местах еще более трагические и кровавые события, театром которых сделалась Болгария, содействовали тому, что Турция утратила симпатии значительного числа своих самых горячих защитников. События эти привели ее к войне с ее могущественным соседом и, хотя дали ей возможность пожать немного лавров на полях битв, но турки пользы от того для своей страны не извлекли.
Мы желали бы закончить эту главу некоторыми вопросами, которые, быть может, пригодятся для философии истории.
Болгарская война с ее неисчислимыми бедствиями для Оттоманской империи не была ли бы отвращена, если бы продолжал царствовать Абдул-Азис? Допуская, что султан был действительно расположен к России, нельзя сомневаться, что ответ был бы утвердительный. Нравственное подданство султана русскому царю может ли иметь для Турции последствия более тяжкие, чем те, которые ей угрожают, несмотря на геройство ее войск? Для нее -- это вопрос существования, так как больше нельзя уже допускать, что она выйдет невредимою из борьбы; в таком случае мы не видим, чтобы зло было предотвращено низложением монарха опытного и осторожного, и чтобы замена его двумя другими, очевидно менее опытными, а, быть может, и менее осторожными, послужила, как рассчитывали, лишь на благо. Вот каким образом людская мудрость бывает сбита с толку обстоятельствами; вот каким образом самые глубокие расчеты, самые искусные соображения и усилия государственных людей разбиваются в прах ближайшими последствиями их деяний, от которых они ожидают совершенно противоположных результатов. В политике гораздо легче желать блага, нежели обрести истинный путь для его достижения. Хотели спасти Оттоманскую империю и погубили ее. Для низложения султана допускают мятеж, разрушают обаяние власти, погружают страну в волнения и порождают борьбу из-за династии. Чтобы положить предел постоянным жалобам и представлениям России, вводят "административные реформы", обнародывают конституцию, очевидно не угодную державе, которой хотят дать удовлетворение в ее попечениях о судьбе христиан Востока. Все это привело и не могло не привести к войне. Войну эту искренно хотели предотвратить, всеми средствами пытались помешать ей. Напрасные усилия! Поводом к войне послужило все то, что сделали, чтобы ее избегнуть. Самая гарантия неприкосновенности и независимости Оттоманской империи, включенная в условия Парижского трактата, имела значение лишь до той норы, пока подписавшие трактат державы не нашли удобным долее ее соблюдать.
Таким образом, в делах политики нередко прибегают к самым бесчестным средствам с величайшею непринужденностью. Добрые намерения остаются, правда; но какой в них прок?
II.
Зверства в Болгарии. -- Война Сербии и Черногории. -- Константинопольская конференция и конституция. -- Руско-Турецкая война
Длинный период волнений, началом которых были изложенные нами события, должен был закончиться войною между двумя соседними государствами. После манифестации софтов и низложения султана наступило некоторое затишье. Но вскоре тревожные слухи о восстании в Болгарии снова возбудили беспокойство публики. То подтверждаемые, то опровергаемые, эти слухи распространялись и упрочивались, но Порта отвергала их по недостатку (!) сведений и в надежде втихомолку усмирить восстание. Наконец, донесения адрианопольских и софийских консулов послам великих держав не оставили больше места сомнению.