-- Богатъ, развѣ ты не знаешь? Управляющимъ давно, объяснилъ онъ.
-- Путемъ нажилъ, или неправдами какими?
-- А Богъ же это знаетъ. Должно быть, не укралъ. Съ крестьянъ больше.
-- Ну, это нехорошо, если такъ.
Дворникъ покосился на пріѣзжаго.
-- Тебѣ же оставитъ все, замѣтилъ онъ.
-- Мнѣ хоть и не нужно.
-- А не нужно, все же не хули его -- родитель.
-- Что про чужаго -- то и про родителя -- можно сказать.
Дворникъ покосился еще разъ на пріѣзжаго и замолчалъ, недоумѣвая: что бы это былъ за чудной такой?