-- Затѣмъ, что вкусно. Отчего же его не ѣсть?
-- Тэкъ-съ... А русское ѣшь?
-- И русское, что вкусно, ѣмъ: борщь, кашу... блины люблю, объяснилъ онъ, улыбаясь.
Помолчали.
-- А что, бачка, это взаправду сказываютъ, что обезьяну, звѣря-то, нѣмецъ сдѣлалъ или это только такъ болтаютъ? дурачка валяя (замѣчательна эта слабость въ русскомъ человѣкѣ!), спрашивалъ дворникъ. Онъ и самъ засмѣялся надъ своимъ вопросомъ.
-- Такъ только болтаютъ. И обезьяну Богъ сотворилъ, какъ и другихъ животныхъ.
Хлѣбъ, водка и ножикъ принесены.
Пріѣзжій выпилъ, а потомъ, запасшись колбасой и хлѣбомъ, отошелъ въ сторону и усѣлся поотдаль на ступенькахъ рѣзнаго крылечка.
-- А что, у нѣмцевъ-то есть нашъ черный хлѣбъ? полюбопытствовалъ еще немного погодя хозяинъ, обращаясь къ нему.
Пріѣзжій посмотрѣлъ на дворника медленнымъ взглядомъ.