-- И никого у васъ не было тамъ знакомыхъ?
-- Нѣтъ.
-- А Sophie Нехелисъ, напомнила ей мать.-- Это ея подруга, объяснила хозяйка предводителю: -- очень ее любитъ. Онѣ переписываются. Богатая дѣвушка. Недавно прислала ей дорогой альбомъ съ портретами теперешнихъ петербургскихъ знаменитостей.
Тавровъ, немного погодя, нагнулся къ книгѣ, лежавшей передъ дѣвушкой.
О женщинахъ -- прочиталъ онъ сверху страницы. Онъ перевернулъ и, посмотрѣвъ на блѣдно-лиловую обертку журнала, лукаво улыбнулся.
-- Это, кажется, о свободѣ?... Ну, и нравится вамъ? продолжая покровительственно улыбаться, освѣдомился Тавровъ.
-- Тутъ много справедливаго. Еще въ институтѣ Sophie Нехелисъ говорила о ней и совѣтовала прочитать. Ей давала читать одна наша пепиньерка.
Тавровъ еще шире улыбнулся, откинулся назадъ на диванѣ, и сталъ внимательно вглядываться въ дѣвушку.
"Какіе у ней славные волосы", первое, что подумалось ему.
-- Что же вы здѣсь думаете дѣлать?