Пенни бросилась прямо къ своему другу -- Дженни, но только даромъ простояла у порога, не рѣшаясь войти и стыдясь признаться, какая причина привела ее сюда.-- Вотъ гдѣ можно душу отвести, гдѣ не такъ стыдно!-- догадалась она, и бѣгомъ направилась къ глухому кварталу.
Тамъ, въ узенькомъ проулкѣ, который былъ какъ бы однимъ изъ развѣтвленій Шутерсъ-Гардеиса, больше чѣмъ когда-либо въ этотъ часъ дымили жаровни. Владѣлецъ права жарить и варить картофель перепродавалъ его за деньги другимъ, которые разставили тутъ же до десяти котелковъ, снабжающихъ бѣдный людъ горячимъ завтракомъ. Обыкновенно, всѣ эти жаровни дымили немилосердно, и люди метались въ жаркомъ дыму, какъ тѣни грѣшниковъ въ адскомъ пеклѣ. Въ одномъ мѣстѣ эти тѣни сбились въ кучку, и высоко надъ ними махала въ воздухѣ руками чья-то высокая, долговязая тѣнь, кричавшая что-то такое, что видимо привлекало всеобщее вниманіе. Пенни инстинктивно потянуло туда; въ усердномъ ораторѣ она тотчасъ же узнала Шалаго Джэка. Онъ повѣствовалъ о своемъ видѣніи:
-- Не смѣйтесь! Грѣхъ смѣяться надъ святыней!-- восклицалъ онъ своимъ пророческимъ тономъ.-- Вѣрно вамъ говорю, ангелъ Господень явился предо мной и провѣщалъ:-- Вонми, о, смертный, гласу моему, и я повѣдаю тебѣ всю истину: кто ты, и гдѣ, и что тебя ожидаетъ впереди!-- Я палъ ницъ передъ нимъ, но слова не шли мнѣ на уста. И ангелъ продолжалъ:-- Жизнь ваша здѣсь -- возмездіе за содѣянныя вами прегрѣшенія! Вы здѣсь въ аду... Въ аду! Вы не цѣнили даровъ Божіихъ; вы пренебрегали ими; вы заглушали въ себѣ все доброе, что Онъ вложилъ вамъ въ душу; вы дали надъ собою власть темнымъ силамъ, и вотъ онѣ навсегда завладѣли вами... навсегда!.. Вы были нѣкогда богаты, но впали въ бѣдность по своей винѣ; и будете все бѣднѣе и бѣднѣе! Жизнь, которую вы, несчастные, влачите -- адская жизнь, а мѣсто, гдѣ вы родились и состарились -- адъ кромѣшный! И впереди васъ ожидаетъ горе, непроглядное горе и нужда... Нужда! И смерть придетъ; и вы умрете въ одиночествѣ, въ отчаяніи и душевной тоскѣ! Вокругъ васъ, позади и впереди,-- куда ни оглянитесь,-- повсюду васъ ожидаетъ адъ, кромѣшный адъ!
Пеннилофъ стало жутко, и она, вся дрожа, проскользнула впередъ, оставляя въ дыму и толпу, и проповѣдника. Дойдя до дверей м-съ Кэнди, она постучалась; долго никто не откликался; наконецъ чей-то странный и совершенно незнакомый голосъ спросилъ ее негромко:
-- Кто тамъ?
-- Это я; м-съ Юэттъ,-- Пеннилофъ!
-- Одна?
Пенни нагнулась къ дверной скважинѣ и прислушалась:
-- Кто это говоритъ со мной?-- спросила она.
-- Одна?-- повторилъ голосъ уже совсѣмъ глухо и тихо:-- А! Ну, войдите!-- и Пенни вошла, шаря впотемкахъ съ перепугу: