М-съ Пекковеръ измѣнилась въ лицѣ и на минуту отвела глаза въ сторону.
-- Ну, я вѣдь такъ и говорю, что она приблизительно такихъ лѣтъ. Я въ нѣкоторомъ смыслѣ замѣняла ей мать и даже хорошую мать, могу сказать по совѣсти!.. вотъ уже седьмой годъ. Конечно, я могла бы отдать ее въ воспитательный,-- продолжала она, шевеля въ каминѣ,-- какъ только мнѣ перестали за нее платить тѣ, которые отдали ее на мое попеченіе. Нѣтъ, я не такая! Я все дѣйствую себѣ въ убытокъ.
-- Ея родители поручили вамъ эту дѣвочку?
-- Отецъ ея; мать умерла давно, и, надо ему отдать честь, онъ похоронилъ ее (изъ нашего же дома) вполнѣ прилично: да я и не допустила бы ни за что, чтобы изъ моего дома вынесли покойника кое-какъ; я бы скорѣе согласилась доплатить изъ своего кармана. Вотъ и мой гробовщикъ самъ вамъ это скажетъ. Онъ распоряжался похоронами моего мужа; сегодня онъ былъ тоже здѣсь: мы только-что похоронили мою свекровь. Потому-то я немножко... не въ себѣ какъ видите!-- болтала обыкновенно неразговорчивая м-съ Пекковеръ.
Впрочемъ, ей нужно было къ тому же выиграть время, чтобы подыскать подходящія выраженія для свѣдѣній, которыя онъ могъ отъ нея потребовать. Это волненіе, однако, вызывала въ ней не встревоженная совѣсть, а просто ей было жутко передъ его прямымъ взглядомъ.
-- Вы еще не сказали мнѣ, дѣйствительно ли отца дѣвочки звали Джозефомъ Снаудономъ?-- спросилъ онъ.
-- Мнѣ нечего скрываться; да, онъ дѣйствительно былъ Джозефъ Снаудонъ. Это вашъ сынъ?
-- Да! Имѣете вы основаніе думать, что онъ умеръ?
-- Умеръ? Нѣтъ, я что-то не слыхала. А только, какъ умерла его жена, онъ мнѣ и говоритъ: "м-съ Пекковеръ, говоритъ, я знаю, что у васъ материнское сердце (а это вѣдь сущая правда!)... материнское сердце, и мнѣ бы, говоритъ, хотѣлось оставить на вашемъ попеченіи ною Дженни. (Она тогда ходила въ ту же школу, что и моя Клемъ, т.-е. Клементина). Я уѣзжаю на работу въ Бирмингамъ, такъ вы ужъ, говоритъ, пожалуйста, за нею присмотрите,-- ну, годикъ, другой, а то и третій, смотря по обстоятельствамъ".
-- О!.. говорю я, не увѣренная, что мнѣ собственно надо сказать: О!..-- "Да!" -- проговорилъ онъ и, никого не предупредивъ, взялъ да и уѣхалъ. А послѣ него мой сынъ соблазнился, да махнулъ въ Австралію.