Въ ту пору онъ уже вдовѣлъ, съ двоими дѣтьми на рукахъ, послѣ шестилѣтней супружеской жизни. Частенько въ разговорѣ ее своимъ юнымъ другомъ Джонъ Юэттъ самъ признавался въ своихъ погрѣшностяхъ и недостаткахъ, всегда добромъ поминая жену, которая много облегчала ему тяготу его трудовой жизни.
-- Нехорошо и несправедливо,-- говаривалъ онъ,-- что людямъ такъ трудно живется! Иной разъ, къ одному человѣку предъявляется слишкомъ много требованій, которыхъ онъ не въ состояніи исполнить. И я вправѣ сердиться на безцѣльную, глупѣйшую работу, которая меня замучитъ, но не прокормитъ. Что же мудренаго, если меня влечетъ къ поискамъ чего-нибудь лучшаго? Теперь, когда у меня нѣтъ жены, которая бы меня ободряла, а есть дѣти, которымъ въ будущемъ предстоитъ такая же безпросвѣтная жизнь, какъ моя, я чувствую себя совершенно несчастнымъ... Вотъ еслибы у насъ была всеобщая подача голосовъ!..
Сидней былъ еще очень юнъ, но, несмотря на свои восемьнадцать лѣтъ и на свой ярый радикализмъ, онъ смотрѣлъ на вещи совершенно здраво, а потому подобный выводъ удивлялъ и въ то же время забавлялъ его. Зато горячность и чувствительность Джона подкупали въ его пользу, и Сидней искренно привязался къ нему, самъ чувствуя, что вообще все идетъ какъ-то неладно...
-----
Въ томъ же домѣ жила молодая дѣвушка лѣтъ девятнадцати, которая занимала тѣсное помѣщеніе на чердакѣ и вообще рѣдко повязывалась иначе, какъ идя на работу или возвращаясь домой. По наружности своей это было существо простодушное, смиренное, вполнѣ отвѣчающее типу безотвѣтныхъ, подвластныхъ труженицъ. Но въ одинъ прекрасный день въ домѣ распространился слухъ, что миссъ Барнсъ арестована по подозрѣнію въ воровствѣ. Какъ ни странно было это слышать, но это подтверждалось и газетнымъ отчетомъ, который Сидней сохранилъ у себя.
-- Въ пятницу Маргарита Барнсъ, дѣвушка девятнадцати лѣтъ, обвинялась въ кражѣ шести жакетовъ, цѣною въ пять фунтовъ, принадлежащихъ ея хозяйкѣ, Мэри Оксъ. Обвиняемая съ горькими слезами повинилась. Истица одинокая (не замужняя) женщина, зарабатываетъ деньги шитьемъ верхнихъ платьевъ. Она потребовала, чтобы миссъ Барнсъ все-таки "прикончила" эти жакеты, т.-е. выметала петли и пришила пуговицы. Обвиняемая также была обязана носить работу въ магазинъ и изъ магазина, а седьмого сентября ей надо было отнести шесть жакетовъ, и она больше домой не возвращалась. Сержантъ Смитъ, производившій дознаніе, заявилъ, что до настоящей минуты обвиняемая была совершенно честной, трудолюбивой дѣвушкой. Она бросила свою прежнюю квартиру и жила, когда ее арестовали, въ совершенно пустой комнатѣ. На допросѣ истица подтвердила, что обвиняемая работала у нея съ девяти утра и до восьми вечера
-- И сколько же вы платите ей въ недѣлю?
-- Четыре шиллинга.
-- Вы ей и столъ давали?
-- Нѣтъ, гдѣ же! Я и сама-то получаю только по шиллингу за штуку, когда жакеты готовы. Для этого мнѣ приходится держать двѣ швейныя машинки, свои нитки, иголки; работая особенно прилежно, я могу сдѣлать въ день такихъ жакетовъ только два, то-есть заработать два шиллинга.