Низшіе слои общества, или собственно рабочіе классы населенія, къ которымъ принадлежитъ большая часть нашей "меньшой братіи", совершенно опредѣленно распадаются на двѣ категоріи: одна изъ нихъ неизмѣнно ходитъ безъ воротничковъ и вообще не носитъ бѣлаго бѣлья; другая, напротивъ, имѣетъ возможность носить не только бѣлье, но даже крахмальные воротнички, и вообще любить щегольнуть опрятностью въ одеждѣ. Къ послѣднимъ, по самому роду своихъ занятій, принадлежалъ и Бобъ Юэттъ.
Никогда не отличавшись прилежаніемъ въ наукахъ, онъ тѣмъ не менѣе былъ пріятный собесѣдникъ, искусный концертантъ и даже пѣвецъ-самоучка: у него былъ мягкій голосокъ, который прекрасно звучалъ съ аккомпаниментомъ и плѣнялъ всѣхъ женщинъ, въ кругу которыхъ Бобъ вращался. Отъ природы неглупому юношѣ всѣхъ этихъ свойствъ было вполнѣ достаточно для того, чтобы выдѣлиться даже изъ ряда ему подобныхъ,-- такъ же точно, какъ выдѣлялась его сестра, красавица и гордячка Клара.
Несмотря на это, Бобъ, какъ многіе даровитые люди, водилъ дружбу съ тѣми, которые во всѣхъ отношеніяхъ стояли ниже его. Джэкъ Бартлей, напримѣръ, былъ его закадычнымъ другомъ и пріятелемъ до того времени, когда ихъ разлучила Клемъ Пекковеръ -- тѣмъ, что плѣнила собою ихъ обоихъ.
Этотъ Джэкъ не чувствовалъ потребности хотя бы въ день воскресный украсить себѣ шею туго-накрахмаленнымъ воротничкомъ. Мало того, онъ водилъ дружбу съ самыми отъявленными бродягами и негодяями, которые ухитрялись безнаказанно проживать на окраинахъ столицы. Но Джэкъ, въ сравненіи съ другимъ его пріятелемъ, Эми Стэномъ, былъ аристократъ и джентльменъ: до того грязнаго и отталкивающаго свойства былъ этотъ послѣдній. Что же мудренаго было въ нестерпимомъ запахѣ, который онъ всюду носилъ съ собою, если онъ тайкомъ занимался продажей собакъ и... крысъ? Зато, этотъ непріятный субъектъ умѣлъ увеселять впечатлительнаго юношу Боба самыми любопытными новостями и событ іями, которыя были внѣ его обычной среды. На любовныя приключенія Бобъ не былъ падокъ, медлилъ остановить свой выборъ на комъ-либо изъ знакомыхъ ему дѣвицъ; зато, ему только-что исполнилось шестнадцать лѣтъ, а онъ уже твердо заявилъ родителямъ о своемъ намѣреніи жениться на дочери Салли Беджъ, продавщицы крессъ-салата. Большого труда и горячей борьбы стоило тогда отговорить его; но теперь, за неимѣніемъ лучшей партіи, родные вынуждены были смотрѣть снисходительно на его помолвку съ Клемъ Пекковеръ. Все же эта невѣста имѣла за собой хоть то преимущество, что не особенно затруднялась въ произношеніи придыхательный "h" и могла свысока смотрѣть на дѣвушекъ, не учившихся играть на роялѣ. За послѣднее время, однако, Клемъ была несовсѣмъ довольна своимъ женихомъ; Джэкъ Бартлей успѣлъ наговорить ей на него и на бывшую ея жилицу -- Пеннилофъ Кэнди, которую, вмѣстѣ съ матерью, попросили выѣхать за неплатежъ и за частыя похмелья самой м-съ Кэнди.
Пеннилофъ была рубашечница и, работая съ утра до ночи, едва зарабатывала по десяти пенсовъ въ день или, говоря вѣрнѣе, въ пятнадцать часовъ. Въ обыкновенное время Клемъ только посмѣялась бы возможности ревновать своего блестящаго Боба къ жалкой, безцвѣтной дѣвчонкѣ-работницѣ; но теперь, когда съ уходомъ Дженни ей не на чемъ было излить свою злобу и горячность, она рада была и этому случаю расшевелиться.
-----
Въ одинъ прекрасный понедѣльникъ, въ концѣ апрѣля, Боба на улицѣ обогнала Пеннилофъ, нагруженная большимъ узломъ.
-- Эй! Вы куда?-- крикнулъ онъ, останавливая ее за рукавъ.
-- Оставьте; некогда! Бѣгу отнести вещи; а не то опоздаю.
-- Приходите въ Пассажъ, часовъ въ десять.