Нѣтъ, теперь она припомнила, узнала. Узнала безъ особенно пріятнаго волненія и лицо, которое никогда не имѣла причины полюбить, и голосъ, звукъ котораго, положимъ, перенесъ ее въ далекую пору ранняго дѣтства, но зато пробудилъ лишь такой трепетъ въ сердцѣ, какой бывалъ у нея, напримѣръ, передъ заболѣваніемъ. И Дженни поводила вокругъ растерянными, затуманенными глазами.
-- Присядь, присядь!-- заговорилъ отецъ съ искренней лаской въ голосѣ.-- Тебѣ это не подъ силу... я только-что самъ испыталъ нѣчто въ этомъ же родѣ. Клемъ, подлей-ка въ стаканъ воды; это ей будетъ полезно!
Но самый запахъ ненавистной водки уже помогъ Дженни очнуться; она покачала отрицательно головой и отставила въ сторону стаканъ. Водворилось неловкое молчаніе.
-- Дженни!-- начала молодая м-съ Снаудонъ.-- Вотъ онъ хочетъ повидаться съ отцомъ (на то были особыя причины, почему онъ не могъ собраться до сихъ поръ). Не лучше ли отправиться сейчасъ же, а, Джо?
Дженни встала, дождалась, пока онъ надѣлъ шляпу и перчатки, и вышла на улицу, безсознательно идя рядомъ съ нимъ.
-- А изъ тебя вышла премиленькая дѣвушка. Очевидно, дѣдушка хорошо о тебѣ заботился. Я думалъ, что мнѣ лучше его не тревожить, пока не устроюсь... вотъ и не шелъ къ вамъ,-- сказалъ онъ, стараясь говорить непринужденно.-- Я думаю, онъ часто говоритъ съ тобою обо мнѣ?
-- Не очень,-- былъ тихій отвѣтъ.
-- Ну, ничего, ничего: все скоро придетъ въ порядокъ. Ты у него вѣрно за хозяйку?
-- Я хожу на работу.
-- На работу? Какъ же такъ?