-- Ха-ха-ха! Такъ вотъ въ чемъ ваша штука! Что жъ, я не отпираюсь. Только теперь, когда скрываться ужъ не стоитъ, ты можешь мнѣ, надѣюсь, сообщить, гдѣ мой отецъ и моя Дженни?
-- Живутъ здѣсь недалеко по сосѣдству!-- былъ отвѣтъ, и Клемъ, счастливая тѣмъ, что отдѣлалась такъ благополучно, разсказала мужу все, что знала про Михаила Снаудона, про его внучку и его дѣла. Между прочимъ она вычитала въ нѣсколькихъ газетахъ заявленіе о томъ, что разыскиваютъ наслѣдника Джозефа-Джемса Снаудона чрезъ посредство банкирской конторы "Персиваль и Пиль".
-- Однако, вы съ маменькой пройдохи, нечего сказать!-- съ невольнымъ восхищеніемъ говорилъ Джозефъ.-- Одного я въ толкъ не возьму: почему моему братцу вздумалось отказать мнѣ свои капиталы? Такъ старикъ, значитъ, побывалъ въ Австраліи? Что же, и это весьма возможно, только никогда (сколько мнѣ помнится) не видно было особой привязанности между нимъ и "старикомъ"... А право, я не прочь бы, чтобы все это оказалось -- чепуха: вотъ бы посмотрѣть, какъ бы ты тогда запрыгала... А въ общемъ для тебя вѣдь все-таки не дурно, что я человѣкъ такой добросердечный?
Такой оборотъ бесѣды, несмотря на улыбку "добросердечнаго" супруга, заставилъ Клемъ насторожиться. Она подошла опять къ столу, поближе къ ножу.
-- Дай-ка мнѣ адресъ моей родни. Пойду хоть погляжу, на что стала похожа Дженни?
-- Подожди, ты ее сейчасъ самъ увидишь, она придетъ въ двѣнадцать часовъ.
-- А! Ну, что же, и прекрасно! Дай-ка мнѣ сюда пробочникъ, я откупорю водку. Позволите вамъ предложить рюмочку, миссисъ Клемъ? Ну, какъ угодно! Подите, покажитесь вашей маменькѣ, чтобы она знала, что вы живы и невредимы, и дайте мнѣ знать, когда придетъ Дженни. А я пока здѣсь немножко помечтаю... это для меня необходимо...
Черезъ четверть часа Клемъ ввела къ нему въ комнату молодую дѣвушку, которая смотрѣла вокругъ съ любопытствомъ и робостью. Клемъ забавлялась ея смущеніемъ:
-- Вы знаете, кто это такой?-- спросила она, указывая на своего мужа.-- Нѣтъ? А вамъ бы, именно вамъ надо бы это знать!-- Но Дженни сильнѣе прежняго зардѣлась и видимо тщетно старалась сообразить, что бы это значило.
-- А я бы, Дженни, ни за что тебя не узналъ!-- подходя въ ней и запустивъ руки подъ полы сюртука, проговорилъ Джозефъ.-- Да отца-то своего ты развѣ позабыла?