Знатнейшие монастыри и приходские церкви с богатыми фундушами все присвоены были униатами; самый Печерский в Киеве монастырь, этот бесценный вертоград Грекороссийской церкви, в котором хранятся главнейшие её памятники и святыни, несколько времени состоял под управлением отступника Михаила Рагозы, и по одному только усильному настоянию послов от воеводств и областей Русских, возвращён был конституциею 1607 года на Варшавском сейме к прежнему своему назначению.
В чины гражданские люди достойные и учёные не производились только за то, что не были преклонны к унии. Православных священников и монахов ловили и мучили, и народ, собиравшийся на молитву в построенных за городом шалашах, всегда разгоняли. Самые озлобления, злоречия, ругательства и всенародные поношения на счёт православной веры, уже достаточны были поколебать легкомысленных. К явному уничижению Православия, день, назначенный в трибуналах для просителей Греческого исповедания, называем был Арианским; и дела их вписывались в Арианские реестры; и сие поношение не прежде воспрещено, как конституциями 1678 и 1685 годов, когда Польское правительство вынуждено было к этой мере самым политическим своим отношением к России**.
Лютейшими гонителями Православия были Грекоунитские духовные, которые, как бы из угождения новой главе церкви, предавались всем неистовствам фанатизма. Из числа их один Полоцкий архиепископ, истощив все роды гонений против не приемлющих унии, наконец в одном из писем своих к Литовскому канцлеру Льву Сапеге предлагал изгнать их всех из государства. Время сохранило нам драгоценный ответ ему сего вельможи, -- мужа светского, но по уму и просвещению достойного быть учителем фанатикам пастырям. "Да не содеется, писал он, в отечестве нашем сие ужасное беззаконие! Давно в сих областях водворилась Римская католическая вера; и пока она не имела подражательницы повиновения своего Святому отцу, дотоле славилась своим миролюбием и могуществом; ныне, приняв в сообщество свое некую сварливую и беспокойную другиню, терпит по её вине на каждом сейме, народном собрании и заседании поветовом многочисленные раздоры и поношения. Лучше и полезнее бы, кажется, было для общества сделать разрыв с сею неугомонною союзницею: ибо мы никогда в отечестве нашем не имели таких свар, какие породила нам сия благовидная уния".
Трактатом 1686 года, заключённым между Россиею и Польским царством, предоставлено было епископиям Перемышльской, Львовской, Луцкой и Белорусской свободное Грекороссийской веры отправление, без всякого притеснения и принуждения к вере Римской или к унии; но не прошло 20 лет, как две первые уже обращены были в унию насильственно; то же последовало и с Луцкою епархиею в 1713 году.
Сами Грекоунитские духовные не досшигли того, чего требовали и надеялись, присоединяясь к западной церкви. Вопреки торжественных обещаний Папы Климента VIII, правительство Польское не только не удостоивало их никаких отличий, но содержало всегда в нищете и невежестве, для того чтобы в глазах черни унизить сей обряд пред Римскокатолическим. Сочинитель Апокризиса (книги, напечатанной в 1597 году) так предсказал будущую судьбу их в Польше: "Той же сатана обманул униатов обещанием места в сенате, который обещал и Христу дать всю вселенную, аще пад поклонится ему".
Одним монахам Св. Василия, как исполнителям тайных предначертаний Римской политики, дарованы были особые преимущества и между прочим право полной индульгенции или отпущения всех грехов в жизни настоящей и будущей, по примеру католических монахов, подвизавшихся в обращении еретиков и неверных. Сии монахи в своих действиях руководствуемы были Иезуитами, которые, получив дозволение вступать в их братство, распространяли между ними свои правила.
Бывший в 1720 году Замойский собор показал в ясном свете тайные планы изуверов. Ниспровергнув главные основания Флорентийского устава и Берестского акта подчинённости Русских епископов Римскоиу престолу, он посягнул на заветное и святое достояние Восточной церкви, на искажение древних её обрядов, догматов и чиноположений.
Проект, сочиненный в 1786 году об уничтожении всех униатов в Польше и Литве, обращением их в обряд Римский, раскрывает также в некоторой мере истннные виды и намерения, с какими Русский народ привлечён был в унию. Сей проект был тогда же напечатан и разослан во все воеводства и поветы, на все сеймики и на самый сейм, вскоре потом последовавший***. Одно высокое покровительство Великой Екатерины возвращением западных областей от Польши предохранило Грекоунитов от совершенного истребления.
Вследствие сего, когда архиепископ Минский Виктор в 1794 году и Могилевский епископ Афанасий в 1795 году напомнили им окружными своими грамотами о древнем их обряде, голос родной веры отозвался в сердцах Русских и в короткое время более миллиона жителей возвратились к Православию.
Но дворянство западных губерний, издавна утверждённое в вере католической, успело в последствии времени своим влиянием, и обольщениями снова совратить состоящих в его зависимости крестьян в унию, а некоторых даже из унии в Римскокатолическую веру, не уважая ни декретов конгрегации Римской 1724 и 1727 года, ни конституций папы Венедикта XIV 1743 и 1744 года, воспрещавших переходы из обряда Грекоунитского в Латинский.