-- Если это такъ,-- радостно замѣтилъ Сальваторъ,-- то эта картина будетъ для меня средствомъ, чтобы создать вамъ то положеніе, которое вамъ предназначено и, вмѣстѣ съ тѣмъ, подшутить надъ пустоголовыми членами академіи св. Луки. Довѣрьте мнѣ безъ боязни эту картину. На слѣдующую ночь вы принесите ее ко мнѣ домой, а все остальное предоставьте сдѣлать мнѣ. Согласны ли вы?
-- Съ большимъ удовольствіемъ, дорогой маэстро.
При прощаньи Сальваторъ прибавилъ:
-- Наше искусство, къ сожалѣнію, теперь падаетъ, ибо академія св. Луки превозноситъ до небесъ испанцевъ, потому что тѣло на ихъ картинахъ якобы натуральнѣе, чѣмъ на картинахъ великаго Рафаэля; на самомъ же дѣлѣ, у нихъ ничего нѣтъ, кромѣ мяса, безъ всякаго выраженія и одухотворенія.
Послѣ этого, Сальваторъ распрощался съ своимъ юнымъ другомъ, и не замедлилъ привести какъ можно скорѣе свой планъ въ исполненіе.
На дняхъ должна была открыться выставка картинъ, которую ежегодно устраивала знаменитая академія, и при этомъ каждый разъ происходилъ конкурсъ между молодыми художниками, предназначенными для принятія въ академію. Извѣстность, которою пользовался Сальваторъ Роза, позволяла ему выхлопотать у академическаго начальства позволеніе выставить картину, которую онъ выдалъ за произведеніе одного молодого неаполитанца, преждевременно похищеннаго смертью у искусства.
Со дня открытія выставки прошло лишь нѣсколько дней, а ужъ весь Римъ говорилъ о картинѣ умершаго молодого художника: его Магдалиной восхищались всѣ зрители. Со смерти Гвидо Рени ни одинъ живописецъ не создавалъ такого шедевра, утверждали знатоки, а энтузіасты открыто высказывали, что эта Магдалина превосходитъ всѣ творенія Гвидо Рени.
Однажды, когда Сальваторъ былъ на выставкѣ, среди толпы, тѣснившейся у замѣчательной картины, общее вниманіе странностью поведенія обращалъ на себя одинъ старикъ. Казалось, что при видѣ картины онъ словно ополоумѣлъ. Поднявшись на ципочки, чтобы лучше разглядѣть, онъ хлопалъ въ ладоши и вскрикивалъ отъ восхищеннаго изумленья:-- "прелестно! восхитительно! Это она, это Маріанна смотритъ словно живая!" При этомъ онъ, казалось, сильно сожалѣлъ, что съ нимъ вмѣстѣ нѣтъ самой Маріанны, дабы всѣ присутствующіе убѣдились въ поразительномъ сходствѣ копіи съ оригиналомъ.
Сальваторъ Роза старался протискаться поближе къ старику, чтобы разузнать что-нибудь объ его личности, но необыкновенная подвижность стараго чудака помѣшала его намѣреніямъ, такъ что вскорѣ живописецъ потерялъ старика изъ виду.
Въ день, назначенный для выборовъ новыхъ членовъ академіи, Сальваторъ во время засѣданія предложилъ академикамъ вопросъ, достоинъ ли творецъ Магдалины избранія въ академію. Всѣ единогласно подтвердили, что такой возвышенный геній будетъ только украшеніемъ академіи. Поэтому, было постановлено почтить его память публичнымъ заявленіемъ соболѣзнованія, что искусство, въ преждевременной кончинѣ понесло невознаградимую потерю.