Когда Бернардо вошелъ, Цецилія быстро встала, встрѣтивъ его съ радостнымъ возбужденіемъ. Ея наивная душа забыла на мгновеніе свою мрачную серьезность, которая порой въ нее закрадывалась.
-- Милости просимъ!-- сказала Цецилія, протянувъ Бернардо обѣ руки, которыя онъ жадно схватилъ, проговоривъ: "Здравствуйте!" Онъ поцѣловалъ у ней правую руку и, замѣтивъ, какъ Цецилія покраснѣла, ибо неожиданная встрѣча привела ее въ смущеніе, спросилъ:
-- Что съ вами? Вы словно онѣмѣли?
-- Извините, синьоръ Бернардо,-- возразила она,-- повѣрьте, что я всегда сердечно рада васъ видѣть. Могла ли я забыть, ракъ вы защитили меня въ тотъ ужасный день; я никогда не устану благодарить васъ за это.
Такіе переходы въ настроеніи Цециліи повторялись все чаще, и они-то именно и дѣлали Бернардо такимъ несчастнымъ. Онъ выпустилъ ея руки изъ своихъ рукъ и болѣзненно проговорилъ:
-- Какъ, однако, холодна ваша благодарность.-- Потомъ умоляющимъ голосомъ онъ заговорилъ.-- И вы постоянно говорите о благодарности и долгѣ, но что я для васъ сдѣлалъ? Вѣдь это же могъ для васъ сдѣлать и всякій другой. Поэтому мнѣ и горько сознаніе, что отъ васъ нечего ждать; скажите же хоть еще разъ: "добро пожаловать" такъ же нѣжно, какъ вы говорили.
Цецилія снова протянула ему обѣ руки и стыдливо повторила:
-- Ну, добро пожаловать!
-- Вотъ это такъ!-- сказалъ Бернардо,-- именно сегодня вы не должны принимать меня такъ сухо: вѣдь я пришелъ проститься съ вами; мнѣ хочется наслушаться вашего прелестнаго голоса, онъ будетъ моимъ талисманомъ въ шумномъ Римѣ, живо напоминая мнѣ о Флоренціи.
-- Вы скоро забудете тамъ всѣ свои молодыя увлеченія,-- замѣтила Цецилія.