А теперь они не только встрѣтились снова, но Лукреція говорила съ увѣренностью о возможности ихъ скораго соединенія. Она хотѣла просить папу, чтобы онъ отправилъ ее съ мужемъ въ какую нибудь отдаленную страну, гдѣ бы ничто не нарушало ихъ счастья и Джьованни могъ продолжать свою военную карьеру. Хотя среда, въ которой выросла Лукреція, менѣе всего могла развить въ ней сантиментальность, но подъ вліяніемъ любви, она искренно мечтала о томъ, чтобы найти гдѣ нибудь, вдали отъ Рима, мирный уголокъ, гдѣ бы она могла вполнѣ предаться своей привязанности.
Графъ Джьованни въ эту минуту также вѣрилъ въ возможность подобнаго исхода. Хотя все зависѣло отъ папы и менѣе всего можно было полагаться на его обѣщанія, но Лукреція разсчитывала на его отеческую привязанность въ ней и не сомнѣвалась въ исполненіи своихъ желаній.
Трудно передать словами, съ какимъ горемъ, увѣреніями, безконечными поцѣлуями и объятіями простились оба супруга. Лукреція, заливаясь слезами, вышла изъ развалинъ храма вмѣстѣ съ Джьованни, чтобы сѣсть на лошадь, которая должна была довезти ее до виллы, гдѣ она оставила свою свиту.
Самый фактъ, что формально обвѣнчанные супруги могли только украдкой и съ опасностью жизни видѣться другъ съ другомъ, служитъ лучшимъ доказательствомъ испорченности нравовъ при папскомъ дворѣ. Не смотря на ихъ взаимную любовь, на то, что разводъ безъ основательныхъ поводовъ строго запрещенъ католической церковью, папа рѣшилъ признать бракъ недѣйствительнымъ въ угоду своему порочному сыну и для удовлетворенія его ненасытнаго честолюбія.
Старая колдунья ожидала обоихъ супруговъ у входа въ развалины и привѣтливо улыбалась имъ. Чтобы загладить свое прежнее предсказаніе, напугавшее Лукрецію, и получить щедрое вознагражденіе, она сдѣлала видъ, что не узнаетъ своихъ прежнихъ посѣтителей, и просила показать ладони ихъ рукъ, если они желаютъ узнать свою будущность.
Сивилла, получивъ согласіе, сначала внимательно осмотрѣла руку Лукреціи, затѣмъ графа Джьованни, и сказала торжественнымъ тономъ:
-- Я вижу одно, что рука синьоры принесетъ благополучіе и счастье знатному рыцарю, такъ же какъ и синьорѣ Небо благословляетъ вашъ путь, а послѣ сегодняшней встрѣчи все пойдетъ къ лучшему...
Лукреція съ неудовольствіемъ взглянула на морщинистое лицо старой колдуньи и, подаривъ ей нѣсколько золотыхъ, вышла на дорогу, гдѣ ее ожидалъ слуга съ верховыми лошадьми. Джьованни еще разъ нѣжно простился съ женой и, усадивъ ее на сѣдло, вскочилъ на своего коня. Колдунья задумчиво смотрѣла на стройныя фигуры молодыхъ супруговъ, которые направились въ равныя стороны и не могли оторвать глазъ другъ отъ друга. Затѣмъ она махнула рукой и пробормотала вполголоса:-- Ну, какое дѣло намъ, бѣднымъ людямъ, до судьбы этихъ знатныхъ господъ! Линіи его руки указываютъ на близкую смерть. Онъ долженъ принять мѣры... Впрочемъ, кто знаетъ, принесло ли бы мое предостереженіе какую нибудь пользу...
Лукреціи удалось благополучно вернуться въ монастырь, гдѣ она должна была ожидать рѣшенія папы. Къ счастью она пріѣхала во время, потому что уже на пятый день Александръ послалъ за дочерью. Онъ обдумалъ дѣло и пришелъ въ заключенію, что ему несравненно пріятнѣе имѣть при себѣ Лукрецію съ мужемъ, нежели быть слѣпымъ орудіемъ въ рукахъ мрачнаго Чезаре. Кромѣ того присутствіе Лукреціи до извѣстной степени служило ему благовиднымъ предлогомъ для частыхъ сношеній съ тремя женщинами, безъ которыхъ онъ не могъ существовать.
Александръ, съ свойственнымъ ему лицемѣріемъ, объявилъ дочери, что не хочетъ идти противъ ея желаній и поэтому вызоветъ графа Джьованни въ Римъ, чтобы дать ему постоянную должность при папскомъ дворѣ.