Герцогъ былъ не менѣе пріятно пораженъ очаровательной наружностью молодой дѣвушки, которая скоро должна была сдѣлаться его женой. Онъ едва нашелся, чтобы сказать ей нѣсколько словъ въ видѣ привѣтствія. Марія полусознательно отвѣтила ему. Ея застѣнчивость возвратила герцогу его обычное самообладаніе; онъ послѣдовалъ влеченію сердца и вопреки всѣмъ существующимъ обычаямъ, обнялъ свою невѣсту и поцѣловалъ въ губы.
Этимъ нарушены были всѣ предписанія этикета и исчезло стѣсненіе, неизбѣжное въ подобныхъ случаяхъ. Сердце Маріи усиленно билось отъ новыхъ, никогда не испытанныхъ ощущеній полнаго внутренняго счастья; до сихъ поръ никто еще не производилъ на нее такого впечатлѣнія, какъ молодой герцогъ.
Лодовико Сфорца въ свою очередь былъ настолько очарованъ красотой своей невѣсты, что всѣ его честолюбью планы и мысли о великой будущности отступили на задній планъ. Онъ воспользовался первымъ случаемъ, когда остался наединѣ съ Маріей, чтобы сказать ей:
-- Я чувствую себя глубоко виноватымъ передъ вами, синьорина, съ самой минуты нашей встрѣчи. Но будьте милостивы ко мнѣ и простите то преступленіе, которое я позволилъ себѣ относительно васъ.
-- Но въ чемъ-же заключается ваше преступленіе, синьоръ герцогъ?
-- Въ томъ, что я считалъ свой бракъ рѣшеннымъ, прежде чѣмъ познакомился съ вами. Только теперь, когда я увидѣлъ ваши кроткіе, прекрасные глаза, у меня явилось сознаніе, какъ горячо нужно любить васъ.
Марія улыбнулась.-- Такое преступленіе, сказала она, можетъ быть искуплено неизмѣнной вѣрностью; я поэтому я заранѣе готова простить васъ...
Этотъ отвѣть привелъ въ восторгъ герцога. Взглядъ его огненныхъ главъ смягчался и становился кроткимъ всякій разъ, когда онъ встрѣчался съ глазами очаровательной дѣвушки. Онъ былъ въ наилучшемъ расположеніи духа и велъ себя, какъ домашній человѣкъ, въ семьѣ своихъ будущихъ родныхъ, которые, благодаря этому, отнеслись къ нему съ полной сердечностью.
Хотя Гуильельмо Пацци долженъ былъ изъявить согласіе, чтобы свадьба была отпразднована въ палаццо Пьетро Медичи, какъ глады семьи, но при своемъ богатствѣ не имѣлъ надобности прибѣгать въ чемъ либо въ помощи племянника. Онъ назначилъ такое огромное приданое своей единственной дочери, что превзошелъ всѣ ожиданія самого Лодовико Сфорца. Поэтому переговоры продолжались недолго и кончились благополучно; вскорѣ послѣ первой встрѣчи, совершилось обрученіе и назначенъ былъ день свадьбы. Приготовленія заняли нѣсколько недѣль, потому что Пьетро Медичи зналъ, что предстоящая свадьба интересуетъ всѣ европейскіе дворы, которые потребуютъ о ней подробныхъ донесеній отъ своихъ посланниковъ, и не хотѣлъ упустить случая блеснуть пышностью дома Медичи, вошедшей въ поговорку.
Брачныя празднества продолжались нѣсколько дней, а свадьба была такъ великолѣпно обставлена, что самая гордая владѣтельная принцесса была бы удовлетворена оказаннымъ ей почетомъ.