Ни мать, ни дочь не подозрѣвали, что патеръ дѣйствовалъ и говорилъ по непосредственному приказанію своего начальства.
Простой доминиканскій монахъ во Флоренціи начиналъ внушать серіозныя опасенія римскому двору, потому что во всеуслышаніе говорилъ языкомъ правды, безъ всякихъ прикрасъ, и безпощадно обличалъ всѣ погрѣшности церковнаго управленія. Онъ не только громилъ индульгенціи, впервые введенныя папой Іоанномъ XXIII, и продажное отпущеніе грѣховъ, которое съ тѣхъ поръ вошло въ обычай къ соблазну всѣхъ мыслящихъ людей, но смѣло проповѣдывалъ противъ постыднаго подкупа при раздачѣ духовныхъ должностей и въ особенности противъ свѣтскаго и безнравственнаго образа жизни главы христіанскаго міра. До сихъ поръ, папскій дворъ, чтобы не уронить своего достоинства, не обращалъ вниманія на обличенія ничтожнаго доминиканскаго монаха, но въ послѣднее время ему пришлось убѣдиться, что Джироламо Саванарола представляетъ собой силу, которую ни въ какомъ случаѣ нельзя игнорировать. Нѣсколько разъ проповѣдникъ объявлялъ своимъ слушателямъ, что видѣлъ, какъ съ неба опускалась рука съ мечомъ, на которомъ была огненная надпись: "Изъ устъ же Его исходитъ острый мечъ и вскорѣ поразитъ землю!"
Мрачныя предсказанія Саванаролы были всего чаще обращены къ Флоренціи, которой онъ предвѣщалъ тяжелыя бѣдствія, приглашая жителей къ покаянію, чтобы опасность не застала ихъ неприготовленными.
Онъ видимо избралъ Флоренцію почвой для выполненія своихъ реформаторскихъ плановъ. Отсюда новый общественный строй долженъ былъ постепенно распространиться по всему міру.
Но въ то время, какъ угрозы Саванаролы непосредственно дѣйствовали на толпу и наполняли страхомъ невѣжественные умы, болѣе образованные и развитые люди относились къ нимъ скептически, считая ихъ пустыми разглагольствованіями. Тѣмъ не менѣе всѣ одинаково удивлялись замѣчательной твердости характера настоятеля монастыря Санъ-Марко, особенно съ того памятнаго для всѣхъ дня, когда онъ отказалъ въ разрѣшеніи отъ грѣховъ умирающему Лоренцо. Знаменитый Пико де-Мирандола, который по своимъ обширнымъ свѣдѣніямъ въ естественныхъ наукахъ считался чудомъ своего времени и совмѣщалъ въ себѣ талмудскую мудрость раввина съ греческой ученостью,-- высоко цѣнилъ Саванаролу, и несмотря на свою дружбу съ Лоренцо Медичи, подробно описалъ послѣднюю встрѣчу этихъ двухъ замѣчательныхъ людей Италіи.
Вскорѣ произошло событіе, которое должно было служить какъ бы нагляднымъ Подтвержденіемъ предсказаній Саванаролы и предоставило ему неограниченное господство надъ флорентинскимъ народомъ.
Вся Италія пришла въ трепетъ, когда разнеслась страшная вѣсть, что французскій король съ многочисленнымъ войскомъ перешелъ Альпы съ намѣреніемъ поработить итальянскіе народы своей власти.
Флорентинцы увидѣли въ этомъ событіи исполненіе пророчества Саванаролы. Сердца ихъ были переполнены скорбью въ виду предстоявшихъ бѣдствій, такъ какъ небесная вара должна была теперь неминуемо разразиться надъ ихъ родиной.
Между тѣмъ не только во Флоренціи, гдѣ жилъ и дѣйствовалъ Саванарола, но и во всей Италіи, и даже въ Европѣ, шли толки о томъ, что знаменитый доминиканскій монахъ предсказалъ заранѣе нашествіе французовъ. Изъ этого непосредственно выводили заключеніе, что онъ пророкъ, который ясно видитъ будущее, и что на его слова нужно смотрѣть, какъ на божественное откровеніе.
Въ тѣ времена намѣренно поддерживали суевѣріе толпы и старались извлекать пользу изъ мнимыхъ чудесъ и необыкновенныхъ явленій. Поэтому, случайное совпаденіе иноземнаго нашествія съ предсказаніемъ о неизбѣжности такого событія, въ виду извѣстныхъ условій, должно было произвести сильное волненіе въ простомъ народѣ. До сихъ поръ церковь считала себя единственной посредницей между видимымъ и невидимымъ міромъ, но теперь смѣлый доминиканецъ открыто говорилъ о незаконности подобнаго притязанія и представилъ несомнѣнныя доказательства, что наступаетъ судъ Божій и положитъ предѣлъ высокомѣрію римской церкви. Народъ приходилъ въ ужасъ, но вѣрилъ, что мѣра небеснаго долготерпѣнія переполнилась и что скоро наступитъ день кары.