— Поговорим о деле, — закуривая трубку, начал гость. — Мой акционер господин Брюль ошшень озабочен состоянием маслодельных заводов. Он мне поручил разговаривайт с вами, Никит Захарович, о судьбе консервного завода. — Стараясь выражаться более правильно по-русски, Тегерсен говорил медленно.
— Ваша политик ошшень умно. Диктат на молочном рынок вызывайт нашей фирме кризис. Господин Брюль и я думайт, — глаза Тегерсена пытливо посмотрели на Фирсова, — ми думайт, — повторил он, — продать маслодельный заводы вам.
— На каких условиях, Мартын Иванович?
— На условий их балансовой стоимости, — ответил Тегерсен и выжидательно умолк.
— В бухгалтерии человек я несведущий. Вся она у меня здесь, — Никита вынул из кармана своего долгополого частобора небольшую записную книжку. — У вас четырнадцать заводов в Зауральском и Петропавловском уездах. Видел я их. Цена им не больше восьми тысяч каждому, включая погреба, надворные постройки и оборудование. Стало быть, если все их взять вместе, то получится, — Никита, найдя нужную запись, заявил: — сто двенадцать тысяч. Из них я делаю маленькую скидочку, и тысяч восемьдесят можете получить при условии, если половина дивиденда от консервного завода пойдет мне…
Несмотря на врожденное спокойствие и привычку не терять самообладания при коммерческих сделках, Тегерсен порывисто вскочил со стула:
— Никит Захаровыч, прощайт мое слоф, ведь это, это… как по-рюсски, разбой! — выкрикнул Тегерсен и забегал по комнате.
— Что ж, раз мои условия вам не подходящи, гневаться не надо, — ответил спокойно Фирсов, — но ваши маслодельные заводы будут стоять, а молоко пойдет в артели. Кроме этого, ваш консервный завод мяса не получит, — сказал он жестко и отвернулся от продолжавшего бегать по комнате Тегерсена. — К этому я еще могу добавить, — не глядя на Мартина, продолжал Фирсов, — что Промышленный банк, где хранятся ваши векселя, на днях их должен опротестовать. Выбирайте любое.
— Ми думайт. Ответ ви получите через три дня. До свидания, — сухо поклонившись хозяину, Тегерсен вышел и велел своему кучеру запрягать лошадей. Спускаясь с крыльца, он увидел Агнию и, кисло улыбнувшись, приподнял шляпу: — До свидания!
На четвертый день после его отъезда Никита получил от фирмы Брюль и Тегерсен пространное письмо, в котором акционеры, соглашаясь в принципе с условиями Фирсова, приглашали его в Зауральск для уточнения деталей их будущей совместной деятельности.