— Ждала? — привлек к себе.
Вечер для молодых людей прошел незаметно. На следующее утро Андрей выехал из станицы. До околицы его провожала Христина. За ночь подморозило, и снег под полозьями кошевки пел какую-то свою однообразную песню.
Оживленно разговаривая, они не заметили, как промелькнул ближайший лесок и открылась ровная многоверстная равнина. Прислонившись головой к плечу Андрея, девушка задумчиво слушала звон колокольцев. Легкий поворот головы Андрея, и Христина почувствовала теплоту его губ.
Очнувшись, девушка посмотрела на станицу и, вздохнув, крепко пожала руку Андрея.
— Приезжай! Я тебя жду, — и вышла из кошевки.
Лошади тронулись. Андрей, поднявшись на ноги, долго смотрел на удаляющуюся Христину.
Глава 23
Весть о войне с Германией застала Никиту Захаровича в деревне Закамалдиной, недалеко от Марамыша. Фирсов велел работнику запрячь лошадь, а сам пошел к старосте. В сельской управе набилось много народу. Писарь то и дело выкрикивал фамилии мобилизованных, а те, сбившись в кучу, хмуро поглядывали на суетившегося без толку старосту. В толпе сновали стражники, приехавшие из города. Слышался плач женщин и детей.
Никита Захарович с трудом пробрался вперед и, наклонившись к уху писаря, зашептал:
— Ксенофонт Васильевич, погляди за моим хлебом, как бы амбары не разнесли.