— А не ругаются они между собой? — спросил с любопытством Никодим.
— Пошто ругаться. Моя мало-мало плеткой учим, — показал он на висевшую у входа плеть. — Калым платил, тапирь хозяин. Хотим — ока[7] дарим, хотим — речка бросаем.
Райса молча развернула перед гостями коврик и поставила деревянные чашки.
Бекмурза несколько раз встряхнул турсук и, приложив к нему ухо, произнес: — Добрый кумыз.
— Маленько пьем, потом бесбармак ашаем, — подавая чашки с кумысом, заговорил Бекмурза.
Поборов брезгливость, Сергей выпил. Через час полупьяный хозяин, обнимая Никодима, пел:
…У Бекмурзы есть хороший друк
Сережка, живет он в каменной юрте…
— Шибко добро поем, — уставился он осоловелыми глазами на Фирсова.
— Хорошо, — махнул тот рукой и откинулся на подушки.