-- Что ж, это только проявление охотничьего инстинкта.
Но леди Анингфорд вдруг вспыхнула.
-- Вы циник, Ворон, -- негодующе заявила она.
-- Вы не забыли своего обещания показать мне завтра ваши любимые места, леди Этельрида? -- говорил между тем Френсис, ловко уводя хозяйку от группы гостей к дивану, где им никто не мог помешать. -- О человеке легче судить, когда знаешь, что ему нравится.
Леди Этельрида никогда не говорила о себе, особенно с мужчинами, и, вероятно, только потому, что ей очень нравился финансист, она поддержала разговор, который он начал не без умысла.
-- Мои вкусы очень просты, -- мягко сказала она, -- и по ним вряд ли можно о чем-либо судить.
-- Я был уверен, что они просты, -- ответил Маркрут и, заглянув ей в глаза, после некоторой паузы продолжал:
-- Просты, чисты и милы... Я всегда думал о вас, леди Этельрида, как об олицетворении всего простого, здорового и уравновешенного, -- словом, как о совершенстве, -- и это последнее слово прозвучало в его устах как ласка.
-- Я самая обыкновенная, -- ответила Этельрида, удивляясь самой себе: почему она на него не сердится, хотя имеет на то полное основание?
-- Здоровый человек любит только совершенное во всем равновесие, -- продолжал Френсис сдержанно. -- Утомление и пресыщение вызываются исключительно нарушением равновесия и гармонии. Равновесие вещь чрезвычайно простая, но как все простое оно встречается очень редко.