-- Что? -- бессознательно спросила она, но затем, спохватившись, ответила: -- Нет, ничего дурного, но мне нужно кое-что обдумать.
Таким образом, она не удостаивала его своим доверием. Почувствовав это, Тристрам снова замкнулся в себе, стараясь не замечать ее.
Когда они приехали на вокзал, он вдруг увидел, что Зара направилась в телеграфное отделение.
Он остановился и, поджидая ее, раздумывал над ее поступками. Ясно было, что она не хотела, чтобы кто-нибудь знал о содержании ее ответа на телеграмму, потому что в противном случае могла бы передать телеграмму Хиггинсу, который ждал их у дверей купе.
Через несколько минут она возвратилась и сразу заметила по выражению лица Тристрама, что он недоволен. Однако ей не пришла в голову мысль, что его недовольство могло быть вызвано таинственной телеграммой, она подумала, что он сердится за то, что из-за нее они могли опоздать, и потому поспешила сказать:
-- Времени еще много.
-- Конечно, -- сухо ответил он, идя рядом с ней к вагону, -- но леди Танкред совершенно незачем самой продираться сквозь толпу, чтобы сдать телеграмму. Это отлично мог бы сделать и Хиггинс.
И Зара с неожиданной покорностью ответила.
-- Извините.
На этом инцидент закончился, но неприятное впечатление осталось.