Вдруг Штольц изменился в лице, поймав истину. На него пахнуло холодом.
— Илья! — спросил он. — Эта женщина… что она тебе?.. — Но Обломов положил голову на стол и задремал.
«Она его грабит, тащит с него всё… это вседневная история, а я до сих пор не догадался!» — думал он.
Штольц встал и быстро отворил дверь к хозяйке, так что та, увидя его, с испугу выронила ложечку из рук, которою мешала кофе.
— Мне нужно с вами поговорить, — вежливо сказал он.
— Пожалуйте в гостиную, я сейчас приду, — отвечала она робко.
И, накинув на шею косынку, вошла вслед за ним в гостиную и села на кончике дивана. Шали уж не было на ней, и она старалась прятать руки под косынку.
— Илья Ильич дал вам заёмное письмо? — спросил он.
— Нет, — с тупым взглядом удивления отвечала она, — они мне никакого письма не давали.
— Как никакого?