— А… уж коли так… вытри ты меня водкой! Есть не давай, а сначала вытри… можешь ты?
— А почему не могу? Как лучший доктор сделаю!
— Вали! Потрёшь меня, я и встану…
— Вста-анете? Ох, нет, не можете вы встать!
— Я те покажу, как не могу! Здесь, что ли, я ночевать-то буду? Чудила ты… А ты вот вытри меня, да и беги-ка в слободу к пирожнице Мокевне… И скажи ей, что я к ней в сарай переберусь на житьё… постлала бы там соломы, что ли! У неё я отлежусь… вот! За всё про всё я тебе заплачу… ты не сумлевайся!
— Я верю, — говорит Каин, наливая водки на грудь Артёма, — я верю вам больше, чем себе… Ах, я знаю вас!
— У-у! Три, три… Ничего, что больно… три, знай! А-а-а!.. Вот, вот, вот!.. — рычал Артём.
— Я пойду для вас и утоплюсь… — объяснялся Каин.
— Так, так, так… Плечо-то, плечо валяй… Ах, черти! А всё баба виновата. Не будь бабы, был бы я трезв… а к трезвому ко мне — сунься-ка!
Каин, входя в роль слуги, объявил: