Подвиг ознаменования начал свершаться в символе Прекрасной Дамы. История литературы установит происхождение этого символа и его развитие в поэзии Блока. (Отчасти это уже сделано.) Для нас же сейчас важна излишняя определенность его, подозрительная быстрота нахождения формы ознаменования и односторонность этой формы. Как-то слишком просто обошелся поэт с порученными ему тайнами. Слишком скоро поэтому он должен будет назвать их "глухими", а явление ему Сущего в облике Вечной Женственности низвести к простому обладанию сердцем какой-то женщины. ("Глухие тайны мне поручены, мне чье-то сердце вручено" -- "Незнакомка" [Неточная цитата из стихотворения "Незнакомка" ("По вечерам над ресторанами...", 1906) (Блок Александр. Нечаянная Радость. Второй сборник стихов. М.: Скорпион, 1907. С. 22).].) И таким образом поэтическое развитие Блока пойдет дорогой "отращения" от реализма. "Мгновенные видения", которым он вначале не хочет верить, овладевают им слишком скоро. "Не миновать нам двойственной сей грани" -- ставит он слова Владимира Соловьева над отделом "Перекрестки" первой же своей книги [Этот эпиграф (Блок Александр. Стихи о Прекрасной Даме. С. 65) -- из стихотворения В л. С. Соловьева "Посвящение к неизданной комедии" ("Не жди ты песен стройных и прекрасных...", 1880). См.: Соловьев Владимир. Стихотворения и шуточные пьесы. Л., 1974. С. 68 ("Библиотека поэта". Большая серия).] и с головой окунается в мир видимостей. "Мне страшно с Тобою встречаться" [Первая строка стихотворения (1902) (Блок Александр. Стихи о Прекрасной Даме.).] -- говорит он бытию и утопает в бываниях. И сейчас же вокруг него заплетается хоровод арлекинов, масок, людей на улице, людей в комнатах. Он становится близок Андрею Белому, внутренне близок, благостью падения, отчаянья. В лучшие миги, когда дали окрыляются надеждой, утешает себя и его.
Из огня душа твоя скована
И вселенской мечте предана.
Непомерной мечтою взволнована --
Угадать Ее Имена [Заключительная строфа стихотворения "Я бежал и спотыкался..." (1903), 2-го в цикле "Андрею Белому".].
Только Имена! Это ли не отказ от ознаменования!
Драматизм "Стихов о Прекрасной Даме" и динамика их заключается именно в борьбе реализма с идеализмом. Еще все лучшее (объективно-эстетически лучшее) принадлежит первому. Еще совсем не удаются попытки импрессионистического изображения, что возможно только при торжестве иллюзионизма. Взять хотя бы такое стихотворение, как "Обман". Но процесс "отвращения" идет настолько быстро, что скоро появляется необходимость в новой форме! Так является роковой "Балаганчик" [Пьеса Блока "Балаганчик. Лирические сцены" была опубликована в альманахе "Факелы" (Кн. 1. СПб., 1906), вошла в книгу Блока "Лирические драмы" (СПб.: Шиповник, 1908).]. Это произведение понятно только с нашей точки зрения. Лирика его -- скорбь души, отвратившейся от реализма. Драматизм его -- последняя борьба угасающего реализма с победительным идеализмом. Образы его -- искалеченные символы, с цинизмом и бахвальством неофита взятые из мира видимостей. Вот где объяснение "клюквенных соков" и "картонных невест", так смутивших публику и критику.
После первого, ужасного падения наступает эпоха сравнительного равновесия. Характерными для нее являются такие стихи, как "Незнакомка". Самое заглавие второго сборника "Нечаянная Радость" указывает на некоторое возвращение к реализму. Хаотический мир видимостей снова подчиняется поэту. Ценою видимой покорности ему поэта, который тайком, часто не веря себе ("Иль это только снится мне?") [Цитата из стихотворения "Незнакомка" (Блок Александр. Нечаянная Радость. С. 22).], на краткие миги опять делается причастным тайне.
Второе горшее падение связано с циклом "Снежная Маска". Здесь явное идолотворчество. Здесь прямо говорится об огнях и мгле "моего снежного города" [Речь идет о посвящении к этому лирическому циклу: "Посвящаю / эти стихи / Тебе / высокая женщина в черном / с глазами крылатыми / и влюбленными / в огни и мглу / моего снежного города" (Блок Александр. Снежная Маска. СПб.: Оры, 1907. С. 5).]. На несчастье поэта вызванная им стихия снегов и метелей вырывается из его неопытных рук, овладевает им и уносит куда-то. Он ощущает это как смерть. Глубокий, бесконечный снег засыпает землю. Зима. Пускай. Так лучше. Мы верим в грядущую весну, тем более что в "Стихах о Прекрасной Даме" есть верное пророчество:
Будут весны в вечной смене