— Вот именно, бунт, дорогие друзья! Один мой завод и один из моих рудников в Бурных Горах стоят уже три дня. Понимаете?! Я спрашиваю вас, господа, для чего у нас армия? Для чего у нас король, если он не может держать народ в страхе и повиновении? Одним словом, я кончаю, — понимаете? Великана нужно убрать живым или мертвым из страны, а народ должен встать на работу либо получить взбучку. Понимаете?!
— Правильно! Совершенно верно! Поскорей только! — возмущенно заголосили толстосумы, налили себе красного вина из маленьких бутылочек в зеленые бокалы, торопливо выпили и стали ругать великана, медлительность короля и народ за то, что он шатается без дела.
Не успевали опорожняться бутылки, как приходили слуги в красных фраках, раскланивались, шаркали ножками и ставили новые бутылки на стол.
Так шел пир, пока языки не стали заплетаться и в головы не стала приходить всякая блажь. Толстосум Полная-Чаша хвастнул своей силой и выломал рукояткой шпаги несколько конфет из стенной облицовки. Толстосум Без-Забот подпрыгнул, не разнимая ног, до дверных карнизов и откусил кусочек бисквита. Толстосум Золотой-Чурбан подпрыгнул к косяку и лизнул ананасную начинку карниза.
Только Сыр-в-Масле сидел спокойно за столом, много пил, опирая на левую руку свисавшую голову, в правой руке он держал карандаш и тщательно выводил им что-то на куске бумаги. Спустя некоторое время, он, шатаясь, поднялся, ударил по бокалу и заплетающимся языком обратился к гостям:
— Господа, — понимаете? — я думаю, вы… со мной… со-гла-си-тесь, если я пошлю сейчас королю на-ше ре-ше-ни-е… Оно состоит, — понимаете? — в следующем…
Он нерешительно покачнулся, сел и прочел с расстановкой свою бумагу:
Замок Веселья, второй час ночи. Верховному толстосуму,
Его Королевскому Величеству
нашему Светлейшему Повелителю Пипину XIII. Мы, толстосумы, собравшиеся у меня, — понимаете? — мы можем платить и поэтому требуем, чтобы король восстановил порядок в стране, чтобы народу дали взбучку и заставили его взяться за работу. Понимаете?! Почтительные верноподданные слуги Вашего Королевского Величества, — понимаете? Толстосумы Лилипутии.